меню

 
ГЛАВНАЯ
 
 
ДО и ПОСЛЕ открытого урока
 
 
СБОРНИК игровых приемов обучения
 
 
Теория РЕЖИССУРЫ УРОКА
 
 
Для воспитателей ДЕТСКОГО САДА
 
 
Разбор ПОЛЁТОВ
 
 
Сам себе РЕЖИССЁР
 
 
Парк КУЛЬТУРЫ и отдыха
 
 
КАРТА сайта
 
 
Узел СВЯЗИ
 

Три рассказа (Е.Сулес)

Парк КУЛЬТУРЫ и отдыхаДом ЛИТЕРАТУРНОГО творчества«Диванная» для СОЧИНИТЕЛЕЙ

.

.

Евгений
СУЛЕС

www.ev-sules.com

_______Три рассказа______

с о д е р ж а н и е

«Лой быканах»

Любить

Пустырь

===========================

.

«ЛОЙ БЫКАНАХ»

Памяти всех ушельцев посвящается…

«ЛОЙ БЫКАНАХ» – русско-абиссинская народная песня ушельцев. Исполняется на ушельском языке в картине Сергея Соловьёва «Чёрная роза – эмблема печали, красная роза – эмблема любви».

Я смотрел «Розу…» всего один раз. Давно; запомнил плохо. Она слилась для меня в некое марево, в печальный и разухабистый абсурдный балаган с крышами, захламлённой, и от того какой-то живой и уютной, коммунальной квартирой, её жителями, Толиком «с прибором» в узбекском халате, Гребенщиковым из шкафа, матросами, бегущими по палубе незнакомого корабля, юностью и первой любовью. Героя и моей собственной, потому что мне тогда было ровно столько же, сколько ему. Мы были пятнадцатилетними капитанами…

Ну и, конечно, музыка. Догорала моя эпоха группы «Кино», впереди мерцал серебряный век «Аквариума». Спустя годы у меня появился красиво изданный диск «Чёрная роза – эмблема печали, красная роза – эмблема любви» с ныне покойным Абдуловым на крыше на обложке. И, помимо хрестоматийных «Сарданапал», «Лой быканах» и «Корабль уродов» (как некий подводный центр фильма), я хорошо знаю все вздохи-ахи-гудения Бориса Борисыча сотоварищи на этом альбоме и в этом фильме. И «Пленение И. В. Сталина ирландским героем Фер Диадом», и «Народный герой думает об основании династии», и «На горной тропе Далай Лама встречает Кама Сутру»…

Фильм я помню плохо, но при этом почему-то очень хорошо помню себя. Того, кто смотрел этот фильм. Помню как бы со стороны… Комнату, где я сидел, наполненную старой советской мебелью. Настоящее чужое старьё. Что-то было куплено по дешёвке у соседей или просто отдано ими из добрых чувств за ненадобностью в следствии апгрейда собственных квартир. Что-то доставал отец. Он работал в ЖЭКе дворником и иногда приносил мебель. Свежевыкинутую с помоек или прямо из квартир одиноких новопреставленных. Однажды он принёс совсем не тронутые дореволюционные акварельные краски. Ими было не очень удобно рисовать, но они были предметом моей гордости и одноклассников зависти.

Помню, где стоял чёрно-белый телевизор «Рекорд», где сидел я, всю обстановку в мельчайших подробностях… Да, телевизор был чёрно-белый. Сейчас он кажется мне совершенно диковинной и прекрасной вещью. Такой же, какой тогда казался цветной. И отчего-то немного жаль тех, кто никогда не узнает, не увидит, не поживёт хотя бы какое-то время с чёрно-белыми телевизорами. Футбол по ним незабываем!.. Они воспитывали в нас экстрасенсорные способности. Мы умели различать цвета чёрно-белого царства. И точно знали, что вот этот чёрный вовсе не чёрный, он красный, а не какой-нибудь там синий. Не говоря уже о голубом…

Но, главное, я очень хорошо помню, что происходило во мне. Что-то попало в меня, и внутри пошло какое-то движение… Зазвучало и отозвалось. Тронулось, как лёд на реке, что-то сокровенное, из тех вещей, что плохо формулируются словами. Или – скажем иначе – сокровенный мой человек заговорил на непонятном языке. В его невнятных словах одновременно были призыв, предсказание и приговор.

На ум ещё приходят слова из песни с того же альбома. Лирический герой ранен светлой стрелой прямо в сердце, и вопрошает: чего же, мол, мне ещё после этого желать?.. Потом идёт цитата из Фитцджеральда – ночь нежна – и, как само собой разумеющееся и всем понятное, описывается светлый прямой путь нашей любви. Но далее снова возникает словесный тупик. Автор выбивается из сил и недвусмысленно в этом признаётся: ну разве я знаю слова, чтобы сказать о тебе?..

В тот вечер я заглянул куда-то… Куда, к слову сказать, так и не вошёл. Ни тогда, ни после.

Прошло довольно много времени, но я так и не могу понять, и это не даёт мне покоя, почему же я так хорошо запомнил тот вечер и себя в нём?.. И так плохо запомнил фильм. Важен ли он вообще, этот фильм, или я с таким же успехом мог просто смотреть в потолок? Не знаю… Но вспоминаю с благодарностью. Тот вечер, фильм и – мальчика, который наивно думал, что является мной.

2009, 2010 год

===========================

.

ЛЮБИТЬ
.

Очень хочется любить. Быть влюблённым. Забывать который сейчас час и день недели… Бессмысленно стоять часами в её подъезде и ждать. А когда она всё-таки появится, обменяться с ней несколькими случайными и проводить до лифта, куда она сядет, грустно попрощавшись с тобой. Грустно, потому что она тоже влюблена и, конечно же, не в тебя…

Идти домой и не замечать снега, который летит прямо в лицо, не замечать, потому что ты счастлив и ничего не замечаешь, кроме своего счастья, ведь ты сегодня увидел её, услышал и сам ей что-то сказал… Какую-то ерунду, конечно. Будет ли завтра контрольная по математике… или как пройти в библиотеку… Но какая разница?..

Ощущать себя таким живым, несчастно-счастливым одновременно, в этом пустом и бескрайнем заснеженном городе. А её самый обычный девятиэтажный дом, – считать центром вселенной.

Быть влюблённым не обязательно в кого-то. Во что угодно…

Любить город , особенно весной, когда цветёт сирень, и летом, когда воздух по вечерам пахнет… самой жизнью. Любить улицу, по которой ходил столько раз, и весной, и летом, и зимой, и осенью… Ходил так часто и много, что где-то на ней обязательно должен остаться маленький призрак тебя. И дрался на этой улице, и ходил с ней. Украдкой держа её руку… А на той скамейке, около голубятни, пил. Ещё в то время, когда пить — тоже было приключением.

Любить фильм и смотреть его по десять, пятнадцать раз. Смеяться и плакать, приносить с собой на сеанс магнитофон «Электроника» и записывать в зале через встроенный микрофон музыку, потому что саундтреки начнут появляться только через несколько лет. И музыка запишется такого качества… Там, кроме музыки, будет много чего ещё записано. Разговоры, шум самого микрофона, шелест каких-то пакетиков… Но это будет та самая музыка. И это будет твоя любимая кассета.

А на последних рядах, там обязательно в этот момент кто-нибудь целовался. Но это на магнитофон не запишешь. И хорошо, что не запишешь. Просто приятно думать, что кто-то там в этот самый момент, когда шёл твой любимый фильм и звучала твоя любимая музыка, – целовался.

И впервые начинать понимать на собственной коже, что же такое красота. Понимать, что каждому даётся увидеть столько красоты, сколько он может вынести. Ни меньше, ни больше.

Любить вот тут мне нужно обязательно сделать паузу, чтобы меня правильно поняли и не обвинили, Бог знает в чём. Любить страну, в который ты родился. То есть любить родину. Стоять с автоматом где-нибудь на границе, далеко-далеко, в жару или холод, и так любить свою страну, так любить родину, что не замечать жары и холода и быть готовым отдать свою жизнь… за родину.

Я понимаю , звучит как-то глупо и фальшиво: отдать жизнь за родину… Но ведь были же такие люди, ну, просто не могли не быть, которые так думали. И делали. В смысле: отдавали жизнь… добровольно… за родину. И сейчас, наверняка, есть такие… непонятные люди.

Да и что такое «родина»? В ней ведь и находится Та, кого ты часами ждал в подъезде. И та, улица, по которой ты столько раз ходил, и тот город… И в его кинотеатрах шёл тот фильм, а сейчас идут другие фильмы, и на них по десять, пятнадцать раз бегают другие, но так похожие на тебя, пацаны… и девчонки… Это всё и есть — родина. Твоя страна. Так почему же за неё не отдать жизнь? Если понадобится…

Любить всё что угодно. На что хватит твоего сердца. На что твоя душа сможет ответить, расцвести, откликнуться, раскрыться…

И тогда земля начинает уходить из-под ног или просто медленно раскачиваться из стороны в сторону. В сердце загорается огонь или просто свет. А глаза начинают блестеть… Жизнь, твоя глупая, бессмысленная, обыкновенная жизнь, похожая на все другие жизни вместе взятые, вдруг наполняется смыслом.
Когда ребёнок был ребёнком, как говорил Вим Вендерс, любовь была даром, она давалась тебе, как талант, просто так, не за что и не «почему». Она была и всё, она сама поднималась из глубин твоей души и светила. А ты её растрачивал и наслаждался. Никто не говорил о плате. Вы были одним целым, и нельзя было допустить даже мысли, что любовь может куда-то уйти. Что так же, как её тебе дали, могут и забрать. Что где-то есть кнопка выключателя. Чик — свет горит, чик — темно. Кнопка подачи переменного тока. Очень переменного.

Любовь отключали от тебя постепенно. Ты не замечал, как засоряются трубы где-то внутри тебя. Любви становилось всё меньше, а тебе казалось, что ты просто взрослеешь.

Когда ты стал догадываться, что происходит, было уже поздно. Ты стал пустым сосудом, на стенках которого осталось немного влаги. Капли и воспоминания.

И вот тебе очень хочется любить, быть влюбленным, быть живым…

Лазарь, выди вон! Иди и люби. Дыши любовью. Вспомни дороги твоей юности, ступай земляничными полянами навсегда. Вспомни первую любовь, которую ты оставил…

Да будешь жив во веки веков, и тьма не поглотит тебя никогда! Аминь.

3 августа 2005 года

===========================

.

П У С Т Ы Р Ь
.

Сначала (или во время оно) на том месте был пустырь с высокой травой. Ну, с очень высокой. Сейчас я такой травы нигде не встречаю. Не знаю, куда такая трава подевалась, просто ума не приложу. В этой траве мы играли в партизан, в тайгу, в детей капитана Гранта… Во что мы только там не играли!..

Потом на пустыре начали стройку, и стало ещё интересней. Мы находили там такие железяки для сварки, не знаю, как они называются, а тогда не знал тем более и даже не задавался таким вопросом. Мы затачивали их об асфальт, и получались небольшие копья. Одно такое копьё влетело в довольно мясистую ляжку Ромика с седьмого этажа. Покачалось и рухнуло на землю. Даже крови не было. Кровь была, когда мне в лицо отлетел осколок патрона, но это уже, как говорится, совсем другая история. Ещё мы находили там удивительные цветные камни – ком застывшего цветного стекла, с пузыриками внутри. До сих пор не знаю, что это были за камни и где теперь можно достать такие же. Может, они вывелись за ненадобностью…

Прошло ещё немного времени, и на месте стройки гордо раскинулся огромный бело-синий дом. Настоящий гигант среди пяти-, девяти- и даже четырнадцати- этажек. Такие дома были тогда ещё в новинку. Но он выделялся не только высотой. Он имел странную витиеватую форму. Через дорогу была набережная, и новый дом нависал над Москвой-рекой, напоминая (при определённой доли воображения) парус, расправленный ветром. По совокупности причин какой-то языкотворец назвал дом «парусом»… Имя языкотворца, конечно же, не сохранилось для истории, да и, может быть, это было коллективное творчество, но название за домом закрепилось, и его иначе, как «парусом», никто из местных не называл и, думаю, не называет до сих пор. Хотя меня там давно уж нет, и знать этого в точности я не могу.

В новый дом въехало много новых жителей. Почти весь мой класс был из «паруса». И одна девушка туда тоже въехала, и на какое-то время «парус» стал для меня центром всех городов. «Центр всех городов» – это из песни Цоя, которого я слушал тогда взахлёб, альбом за альбомом, по нескончаемому кругу. А однажды я увидел её подругу, даже не подругу, а так, знакомую, и центр немного сместился…

Сейчас сложно сказать, сколько ещё раз он с тех пор смещался, сколько парусов, кораблей и мест сменили друг друга. И сколько ещё сменит, тоже неизвестно. Но тот первый парус, выросший из пустыря, его долгой травы (это уже из Гребенщикова, который сменил Цоя на каком-то очередном витке смены курсов) и необъяснимых сокровищ – так и останется первым. Навсегда.

17 июня 2008 года

дополнительно см.: МОЦАРТ заходит в кафе… (Буфф-абсурдистская быль в одной картинке // Е. Сулес)

========================

Парк КУЛЬТУРЫ и отдыхаДом ЛИТЕРАТУРНОГО творчества«Диванная» для СОЧИНИТЕЛЕЙ

оставить отзыв, вопрос или комментарий

  

  

  

*

Яндекс.Метрика