меню

 
ГЛАВНАЯ
 
 
ДО и ПОСЛЕ открытого урока
 
 
СБОРНИК игровых приемов обучения
 
 
Теория РЕЖИССУРЫ УРОКА
 
 
Для воспитателей ДЕТСКОГО САДА
 
 
Разбор ПОЛЁТОВ
 
 
Сам себе РЕЖИССЁР
 
 
Парк КУЛЬТУРЫ и отдыха
 
 
КАРТА сайта
 
 
Узел СВЯЗИ
 

«СЕЗОН-1»: Чехов «О любви» (8кл)

Разбор ПОЛЁТОВЛитература
Теория РЕЖИССУРЫ УРОКАТаблица-БАБОЧКА социо/игровой «режиссуры урока» и ДРАМОГЕРМЕНЕВТИКА

Рассказ Чехова «О любви» в 8 классе.
«Неспешный и обстоятельный» профессиональный разговор о социо/игровых тонкостях драмо/герменевтики
[«СЕЗОН-1
»:
РЕЖИССУРА УРОКА И МЕХАНИЗМЫ ПОНИМАНИЯ]

с о д е р ж а н и е

1(1). Н.Н. Жеребцова об уроке по рассказу Чехова «О любви»

1(2). В.М.Букатов о первых двух шагах: замечательной «режиссуры урока» и досадных сбоях в герменевтическом механизме понимания

1(1) Н.Н. Жеребцова об уроке по рассказу Чехова «О любви»

 Вячеслав  Михайлович, добрый день! «По горячим следам» написать об уроке по рассказу Чехова «О любви» не получилось, теперь оглядываюсь  – и у меня много вопросов.

Домашнее задание к уроку: прочитать рассказ А.П. Чехова «О любви», подготовиться к беседе по нему.

Итак, начали урок с деления на группы —  пошумели и построились в шеренгу по убыванию номеров квартир, затем рассчитались на 1-4. Первые номера – это первая команда, вторые — вторая и т.д.  Очень быстро поставили парты – как положено, переворачивая их – чтобы удобно было сидеть)))

Получилось 3 команды по  пять человек и одна – четверо. Ввожу фактор времени – правда, песочных часов пока нет [и не надоВ.Б.], поэтому последние 10 секунд из каждого времени веду «обратный отсчет» вслух [совершенно верно, это очень часто нужно для «игровой формы» активизации деловой мобилизации учениковВ.Б.]

Объявляю главный вопрос  урока: «Почему герой рассказа остался одинок?»

Первое задание: обсудите в группах ответ. Дайте своё объяснение причин одиночества Алёхина.

Команды работают по-разному: кто-то дружно, обсуждая вместе, а кто-то- отворачиваясь и глядя в окно. Не вмешиваюсь. Просто наблюдаю.

Версии команд: струсил, не стал бороться за счастье – вот и заслужил одиночество;  поступил благородно, не стал рушить чужую семью — предпочёл остаться один; просто так судьба решила. (В начале урока сделала оговорку, что мы ни в коем случае не будем давать на уроке «рецепты счастья» или  ставить героям оценку «плохо или хорошо поступил». Нам  лишь дана возможность понаблюдать, как бывает в жизни.)

Так как достовернее всего на этот вопрос ответит сам текст писателя, обращаемся к монологу героя. Для анализа берём эпизод, в котором Алёхин рассказывает о приезде в Софьино и первых месяцах жизни там.

Вот этот фрагмент (учебники в каждой группе, текст перед глазами):

«— Я живу в Софьине и занимаюсь хозяйством уже давно, — начал Алехин, — с тех пор, как кончил в университете. По воспитанию я белоручка, по наклонностям — кабинетный человек, но на имении, когда я приехал сюда, был большой долг, а так как отец мой задолжал отчасти потому, что много тратил на мое образование, то я решил, что не уеду отсюда и буду работать, пока не уплачу этого долга. Я решил так и начал тут работать, признаюсь, не без некоторого отвращения. Здешняя земля дает не много, и, чтобы сельское хозяйство было не в убыток, нужно пользоваться трудом крепостных или наемных батраков, что почти одно и то же, или же вести свое хозяйство на крестьянский лад, то есть работать в поле самому, со своей семьей. Середины тут нет. Но я тогда не вдавался в такие тонкости. Я не оставлял в покое ни одного клочка земли, я сгонял всех мужиков и баб из соседних деревень, работа у меня тут кипела неистовая; я сам тоже пахал, сеял, косил и при этом скучал и брезгливо морщился, как деревенская кошка, которая с голоду ест на огороде огурцы; тело мое болело, и я спал на ходу. В первое время мне казалось, что эту рабочую жизнь я могу легко помирить со своими культурными привычками; для этого стоит только, думал я, держаться в жизни известного внешнего порядка. Я поселился тут наверху, в парадных комнатах, и завел так, что после завтрака и обеда мне подавали кофе с ликерами и, ложась спать, я читал на ночь «Вестник Европы». Но как-то пришел наш батюшка, отец Иван, и в один присест выпил все мои ликеры; и «Вестник Европы» пошел тоже к поповнам, так как летом, особенно во время покоса, я не успевал добраться до своей постели и засыпал в сарае в санях или где-нибудь в лесной сторожке — какое уж тут чтение? Я мало-помалу перебрался вниз, стал обедать в людской кухне, и из прежней роскоши у меня осталась только вся эта прислуга, которая еще служила моему отцу и которую уволить мне было бы больно».

Второе задание:  прочитайте эпизод в группе, найдите в нём «странности».  

(Вот здесь в одном классе  я столкнулась с проблемой:  ребята ищут «странности» как-то формально, без души.. Задание  оказалось скучным или я что-то не так смоделировала?  Давая это задание, я ведь  не ставила никакой конкретной цели: «вот, дескать, именно эта нестыковка в тексте мне и нужна была, теперь можно идти дальше»… 

Надо  было как-то остановиться на этом этапе и помочь ребятам, правда? Ведь столько интересного можно найти – (и нашли, но в другом классе! ) – и кто такой батюшка Иван, и почему Алёхин называет себя белоручкой, и что такое «Вестник Европы»…..

В другом классе меня поставила в тупик мысль одной группы: странно, что сын вернулся в имение отца отдавать долг за обучение. Разве не должны родители дать образование своим детям? В ходе разговора выяснилось, что дети видят странность и в решении сына работать в имении – продать надо было, да и отдать долг. Вышли на разговор об отношении к Дому – «к родному пепелищу».

Третье задание было следующим: сжато пересказать этот эпизод. [Можно было предложить выбрать место для ответа, или выйти к задней стене класса и рассказывать оттуда, или вообще – сесть полукругом с несколькими сотоварищами, как Алёхин сидел в рассказе …  Но придумалось это всё позже))) … ] А так — скучновато было группам слушать друг друга: пересказ получился практически одинаковым, с перечислением всех внешних фактов жизни героя. Грустно: ребята не видят внутренней жизни героя… Несвойственно возрасту? Или привычки нет смотреть без подсказки — «внутрь героя»? Отсюда и ошибка   —  пропустили реплику героя о  примирении «рабочей жизни» с «культурными привычками»: «В первое время мне казалось, что эту рабочую жизнь я могу легко помирить со своими культурными привычками; для этого стоит только, думал я, держаться в жизни известного внешнего порядка».  Пришлось мне самой по итогам всех пересказов задавать вопрос об обнаруженной «странности»:  Почему герой, подчеркивая, что очень уставал – «спал на ходу» – перед сном читал «Вестник Европы»? Сначала ответ давали быстро: «Заснуть хотел»… Потом, словно одумавшись – пауза…

Вот так постепенно вышли к размышлению о внутренней  и внешней жизни человека, о привычке к проявлению «внешнего благородства» (вспомнили об отношении к Алёхину окружающих –«все видели во мне благородное существо»),  о зависимости от окружающего мнения…  Нашли в тексте рассказа и вывод самого героя: «…Со жгучей болью в сердце я понял, как ненужно, мелко и как обманчиво было всё то, что нам мешало любить. Я понял, что когда любишь, то в своих рассуждениях об этой любви нужно исходить от высшего, от более важного, чем счастье или несчастье, грех или добродетель в их ходячем смысле, или не нужно рассуждать вовсе».

Домашнее задание: творческая работа – ответ на вопрос «Почему герой рассказа остался одинок?»…  Итогов пока не знаю —  увижу детей на уроке только в среду. Надеюсь, за время моего отсутствия они не забыли о домашнем задании))))


Вячеслав Михайлович, не покидает мысль, что я не уловила какой-то главной мысли: с одной стороны, на уроке рождается на глазах, «здесь-и-сейчас» свободная Мысль и Диалог, и тогда урок ощущается как сотворчество (ещё раз огромное Вам спасибо за подаренную возможность встречи!!). А с другой – как быть с целеполаганием на уроке? Не получается полностью абстрагироваться от роли «я-знаю-что-надо-делать-ежеминутно-для-достижения-этой-цели».

Спасибо. Жду Вашего вердикта на моё послание

◊≡◊◊◊≡◊◊◊≡◊◊◊≡◊

1(2). В.М.Букатов о первых двух шагах: замечательной «режиссуре урока» и досадных сбоях в герменевтическом механизме понимания

 Здравствуйте, дорогая Нина Николаевна. Рад очередной от вас  весточке. Спасибо за искренность в изложении профессиональных недоумений, нестыковок и досад. За реальность желания разобраться, понять, освоить.  

Спешить не буду и начну только с двух первых шагов (а остальное – после вашего ответа и комментариев).

Первый шаг был связан с «режиссурой урока». В него входило объединение учеников по случайному принципу в рабочие команды и оборудование своими руками «рабочих гнёзд». Судя по всему всё прошло «как по маслу». И кажется, что вы совсем не жалеете, что отважились на такую режиссуру. (Вы об этом не пишите, думается из скромности, на мой взгляд, этот этап прошёл у вас чудесно.)

Второй шаг был связан уже с герменевтикой. В него входило два учебных задания. Но выполнение их пошло не так уж и гладко. Содержание учебных заданий вообще-то перечило известным процедурно-герменевтическим рекомендациям. В результате у вас закономерно возникло недоумение – почему ученики равнодушны к искусству.

Главный ответ вы называете в своём письме сами. Цитирую:

Объявляю главный вопрос  урока: «Почему герой рассказа остался одинок?» Первое задание: обсудите в группах ответ. Дайте своё объяснение причин одиночества Алёхина.

Затем вы честно отмечаете, что работали по-разному, кто дружно, кто – глядя в окно. А что вы хотели? С бухты-барахты вывалили на головы учеников свой «главный вопрос» и в ответ моментально ждёте от них благодарных откровений? Ну это слишком. Вы им на-гора «главный вопрос урока», а они в ответ на эту предсказуемо-беспардонную инициативу учителя выставляют  проверенную ученическую «защиту» –  формально-безличный и(или) хрестоматийно-беззубый ответ со слабеньким (то есть едва заметным) намёком на «укол учителю» своим личным пониманием («не стал рушить чужую семью»). В результате формальность соблюдена, и вам особо было придраться не к чему.

А вот когда вы поставили перед ними второе задание – необычное, непривычное, – то они уже не представляли как НУЖНО реагировать, чтобы скрыть халтуру. Вот они невольно и приоткрыли вам своё подлинное равнодушие. Чем привели вас в искреннее замешательство (интересно, как же вам удалось в параллельном классе добиться-таки от учеников ожидаемой реакции? Думается, что без суггестии тут не обошлось – у всех учителей «за пазухой» есть арсенал заветных конформистских воздействий, которые заставляют учеников быть покладистыми и выдавать учителю нечто им ожидаемое. Особо подчеркну, что ваш улов в параллельном классе был солидным – чего стоит «батюшка Иван» и «отдавать долг за обучение»).

Поясню, что в первом учебном задании вы не учли последовательность процедурной «цепочки понимания» – начали не с первого звена, а с последнего, с конца (так поступают очень много учителей). И во втором учебном задании вы опять наступили всё на те же «грабли». Но на этот раз герменевтическая оснастка позволила вам-таки обратить профессиональное внимание на негативный «эффект граблей» и всерьёз задуматься над сущностью происходящего (вернее – о причинах того, почему же ожидаемое учителем поведение класса не возникает на самом уроке).

Повторю, что герменевтический ответ о причинах поведения учеников можно сыскать в «цепочке понимания». Её первым звеном является «блуждание по тексту», которое приводит читателя к чувству, что текст ему становится обжитым «здесь-и-сейчас». Подчеркну, что при каждом новом обращении к тексту, этот первый этап нужно организовывать каждый раз заново, используя те или иные формы, разновидностей которых можно напридумывать – пруд-пруди. Включая, например,  такие, как социо/игровые проверки домашнего задания.

У вас, уважаемая Нина Николаевна, этого герменевтического этапа после замечательного первого «организационного» шага на уроке не было. Так давайте вернёмся и подумаем, как можно было бы на уроке осуществить «блуждание-обживание» знакомого текста? То есть после того, как ученики объединились в малые рабочие группки и оборудовали себе рабочие места, то какое же после этого им можно было бы дать задание (или несколько заданий)?..

Жду ваших вариантов. Дождавшись ответа, я смогу продолжить этот наш «неспешный и обстоятельный» профессиональный разговор.

С уважением,
Вячеслав Букатов

[начало переписки см.: «СЕЗОН-1»]
[продолжение переписки см.: «СЕЗОН-2»]

◊≡◊◊◊≡◊◊◊≡◊◊◊≡◊


Теория РЕЖИССУРЫ УРОКАТаблица-БАБОЧКА социо-игровой «режиссуры урока» и ДРАМОГЕРМЕНЕВТИКА

Разбор ПОЛЁТОВЛитература

оставить отзыв, вопрос или комментарий

  

  

  

*

Яндекс.Метрика