меню

 
ГЛАВНАЯ
 
 
ДО и ПОСЛЕ открытого урока
 
 
СБОРНИК игровых приемов обучения
 
 
Теория РЕЖИССУРЫ УРОКА
 
 
Для воспитателей ДЕТСКОГО САДА
 
 
Разбор ПОЛЁТОВ
 
 
Сам себе РЕЖИССЁР
 
 
Парк КУЛЬТУРЫ и отдыха
 
 
КАРТА сайта
 
 
Узел СВЯЗИ
 

Ривин — ТАЛГЕНИЗМ

Парк КУЛЬТУРЫ и отдыхаКафетерий «РАЗГОВОРЫ ЗАПРОСТО»

Соколов
Александр Сергеевич

 [СПб, март 2007 ]

О Ривине,
теории и практике ТАЛГЕНИЗМА,
 учениках и последователях
_________________________

с о д е р ж а н и е

По заказу железной дороги
Масштабность возникающей картины
Бином Ньютона как штрих к портрету и методу
ТАЛГЕНизм = кристаллизация ТАЛантов и ГЕНиев
Шаламов о лобастом и «большом чудаке» Ривине  
Примерный список основных свершений
Зигзаги в биографии подполковника Брейтермана
Доклад Бухарина «О работе среди молодёжи»
Единственный в мире ВУЗ без преподавателей
Вышинский против Ривина
Рукописи не горят, но их используют на самокрутки
Ответа, разумеется, не последовало

 [текст даётся в редакции В.Букатова]

Секция «партерной гимнастики» ЦДФК. Фото 1927 года [фрагм.]

По заказу железной дороги


… Наша первая встреча имела место в 1926 году в Ленинской библиотеке, в Москве. Взрослые читатели, отдыхая, собирались обычно внизу, в курительной комнате, а мы, молодежь безусая, собирались в подсобном помещении. Между двумя кафедрами, где выдавали книги, была дверь. Она вела в подсобную комнату, где днем занимались обработкой книг, а по вечерам, когда мы собирались, она была пустой, и мы там общались.

И вот однажды к нам пришел старик — таким он нам показался, шестнадцатилетним. Среднего роста, плотного сложения, с огромной лысой головой, с внимательными, немного хитрыми глазами.
Завязался разговор. Больше спрашивал он: «Что вы читаете? Чем вы занимаетесь?..»
Выяснилось, что мы занимаемся философией и математикой.
 − А читали ли вы Гегеля, Канта, Маркса?
У нас округлились глаза.
 − Вот приходите ко мне в гости…
Дал нам адрес.На другой день мы пришли. Это был Голенищевский переулок, в нескольких шагах от знаменитой булочной Филиппова. Двухэтажный домик. Постучались − никто не отвечает.
Мы приоткрыли дверь − услышали голос певца, большой глубокий красивый баритон. Полумрак. Слева сидит Ривин, в глубине − певец, а справа, на диване, две восточные красавицы — дочери Ривина.
Певец умолк. А Ривин бросил ему: «Продолжайте, это очень музыкальные ребята!»…
Когда этот импровизированный концерт закончился, начались занятия.
За большим столом оказалось еще несколько юношей и девушек. Мне Ривин вручил для начала книгу Энгельса «Людвиг Фейербах…»
Вообще, Ривин… − одна из особенностей его концепции заключалась в том, чтобы возвышать человека, поднимать его уровень, чтобы ставить высокие умственные преграды. Но дело в том, что его механизм − организованный диалог, позволял преодолевать эти преграды.
Ривин выступал во многих местах, в учебных заведениях. Но мне запомнился диспут, который имел место в АКВ, в Академии Коммунистического Воспитания. На этом диспуте присутствовали Надежда Константиновна Крупская, Анатолий Васильевич Луначарский.
Ривин сделал яркий доклад о состоянии мировой педагогики и о своем методе. Его горячо в своем выступлении поддержала Надежда Константиновна…

Именно так описывает своё знакомство один из самых замечательных советских учителей, заслуженный учитель СССР Михаил Давидович Брейтерман со своим Учителем Ривиным Александром Григорьевичем (1878-1944).

Приведённая «расшифровка» взята из 4,5 часов рабочей видеозаписи, которую по заказу отдела учебных заведений Октябрьской железной дороги для фильма “Коллективный Способ Обучения” проводило Ленинградское телевидение. Было это уже в неблизком 1990 году.

 Масштабность возникающей картины

Если обратиться к массовым источникам информации, например, поискать в Интернете, то можно обнаружить несколько публикаций, копирующих одна другую, и немного рассказывающих, как о самом Александре Григорьевиче, так и о его методе. В основном, данные о самом Ривине основаны на воспоминаниях другого знаменитого ученика последнего −  Дьяченко Виталия Кузьмича.

Мне посчастливилось в конце 80-х, начале 90-х провести самостоятельное исследование жизни этого Великого Человека. Произошло это, с одной стороны, закономерно, с другой стороны, якобы, случайно.

Закономерно − потому что наша Ленинградская группа, под руководством Архиповой Валентины Васильевны, начиная с 1987 года, вела активную работу по разработке и распространению идей и методик как метода Ривина, так и теории Коллективного Способа Обучения В.К. Дьяченко, и естественно, исторические вопросы не могли оставаться в стороне.

Случайно − потому что происходили удивительные события, точнее, встречи. Проводя в течение несколько лет более 70 недельных семинаров для работников образования во всех уголках СССР, меня неоднократно просили выступать и с публичными лекциями, как говорили тогда, для общественности. И что удивительно. Практически после каждого моего выступления, а такие были вплоть до 2002 года, ко мне всегда подходил кто-нибудь из слушающих, чаще пожилого возраста, и просил уделить ему несколько минут. Эти несколько минут всегда оборачивались часовыми личными встречами, часто и со знакомством с личными архивами.

Оказывалось, что в самых разных уголках нашей страны в семьях людей сохранились воспоминания, связанные тем или иным образом, если не с самим Александром Григорьевичем Ривиным, то с его методом. И таким образом прояснялась некая громадная картина, непосредственно связанная с этим великим педагогом и мыслителем.

В официальных изданиях, справочниках, энциклопедиях Вы не найдете ни имени А.Г. Ривина, ни таких терминов как: Талгенизм, сочетательный диалог и многих других, непосредственно связанных с практической работой как самого Ривина, так и его последователей и учеников. Только благодаря отдельным статьям и книгам, в основном группы ныне здравствующего в Красноярске академика Дьяченко, некоторые из этих терминов стали достоянием педагогической общественности.

Бином Ньютона как штрих к портрету и методу 

Среди многих встреч с людьми, которые лично знали А.Г. Ривина, мне ярко запомнилась следующая. Как-то в нашем кабинете в Ленинграде раздался междугородный звонок. Звонила молодая женщина, работник московской Ленинской библиотеки и с волнением начала рассказывать, что ее мама училась у Ривина. Я попросил телефон мамы, позвонил и напросился в гости.

Маленькая скромная квартирка в Зеленограде. Меня встретила пожилая женщина лет 60-65. Все как обычно: чай с домашними пирожками, торт, конфеты как сувенир из Ленинграда. Прошу Аталию Соломоновну рассказать о А.Г. Ривине. Магнитофонная запись ее рассказа составила более трех часов, но я в рамках данной статьи приведу только один фрагмент, да и то в своём изложении.

«В 1936 году я болела, пропустила полгода школы, и мне надо было подтянуть математику за 6 класс. Меня родители или сестра, уже не помню, привели в квартиру, больше похожую на библиотеку — всюду книги, причем, как я потом поняла, языках на 5-6. Мы начали заниматься в парах и первая моя тема — теория сочетаний…»

− Аталия Соломоновна, − спросил я, − простите, а, сколько Вам было тогда лет?
− 12.
− ???
− Да, 12, а что?
− И Вы запомнили название темы?
− Да я до сих пор комбинаторику не забыла. Могу рассказать….

Здесь в шоке уже был я. Дело в том, что я сам по образованию математик и знаю, насколько сложна тема комбинаторики. Эту тему несколько раз (6 или 8) включали в школьную программу (без этой темы невозможно преподавание теории вероятностей в вузе) и затем исключали, в виду ее сложности. Как правило, комбинаторику изучали в последнем классе среднего образования, то есть в 10 или 11!

Недаром, Михаил Булгаков вставил в свой бессмертный роман реплику кота Бегемота: «Подумаешь, бином Ньютона!». Именно эта тема всегда в школе была сложнейшей. А тут передо мной сидит пожилая женщина, которая по житейским обстоятельствам не получила никакого высшего образования, и всю жизнь, начиная с войны, проработала медсестрой и… спокойно готова беседовать со мной на сложную математическую тему, с которой она познакомилась девочкой аж 50 лет назад! И фраза: «Число сочетаний из n по к», −  наверное, не совсем понятная большинству людей с высшим образованием, для нее была такой же естественной, как рецепт домашнего пирога.

Подобных встреч было не мало, 30-40. Каждая добавляла свой штрих к портрету А.Г. Ривина или к его методу. 

ТАЛГЕНизм =  кристаллизация ТАЛантов и ГЕНиев

Для начала предоставим слово самому Ривину.   

«   … организуемое  переменное диалогическое личное общение, поводом к которому может служить совместная работа над озаглавливанием отдельных отрывков текста шедевров научной и художественной мысли (с обсуждением и редактированием заголовка), равно как и совместное решение сложной задачи или комментирование ее готового решения, «улыбчиво чревато» для участвующей в ней личности несметным количеством ощущений и впечатлений»

И тут же:

«Последовательное и интенсивное применение организованного интеллектуального диалогического общения, будь то в крупном городе или селе, решительно содействует кристаллизации в любом коллективе максимального количества талантов и гениев»

Эти две фразы я неоднократно слышал и читал практически у всех последователей и учеников Александра Григорьевича. Недаром в 20-ые годы его метод носил название «ТАЛГЕНИЗМ», — от слов ТАЛант и ГЕНий.

Базой или основой обучения и развития человека по Ривину служит триада:

Учащийся 1 − Учебный материал − Учащийся 2

В диалоге оба учащихся тем или иным способом изучают, обрабатывают некоторый целостный кусок (в сегодняшней терминологии удобно его назвать файлом) учебного материала. Это может происходить в совершенно различных функциях самих учащихся. Например, один может изучать текст, а другой ему просто помогать; или один может выступать в качестве Учителя (он уже изучил этот материал ранее), второй — в качестве ученика. Могут быть и просто равные отношения — разбираются в новом материале вместе.

Часто используется просто вариант ТРЕНЕР−УЧЕНИК. Количество функций, которые могут принимать собеседники  практически неограниченно, о чем свидетельствует более 60 различных методик организации подобного процесса.

В качестве целостного файла может выступать абзац текста, просто слово, формула, образец решения задачи, чертеж, рисунок и так далее. После окончания работы над файлом происходит смена декораций. Учащиеся могут, не меняя пары, приступить к изучению нового файла или распасться и образовать новые пары с другими учащимися. В качестве одного из учащихся может выступать и сам учитель или преподаватель.

Общая картина процесса может выглядеть, например, так:

 

Варианты организации учебного пространства для работы с «взаимообменом заданиями»
в парах сменного состава ( по В.В. Архиповой [1995] )

 Такая форма обучения сегодня носит много названий.  Приведём некоторые из них:

Коллективная организационная форма, динамические пары, парацентрическая организация учебного процесса, пары сменного состава, работа в парах, диалоговая форма обучения.
Иногда употребляют термин «работа по КСО».
Термины 20-х годов: содиалог, сочетательный диалог, организованный диалог, коллективный диалог, метод Талгенизма, метод Ривина, переменное диалогическое общение.

Эта форма организации учебного процесса имеет много совершенно иных возможностей, по сравнению с привычными для нас. Например, коллектив может быть разновозрастным, разноязыковым. Вход и выход из процесса индивидуален и не нарушает общего ритма и режима работы в помещении. Много и совсем иных свойств и качеств, но это уже разговор для специалистов.

Шаламов о лобастом и «большом чудаке» Ривине 

А вот как описывал В.Т. Шаламов своё обучение у Ривина при подготовке к поступлению в вуз. В книге «Записки 20-х годов» он сравнивал учебный процесс с народными кадрилями, во время которых все участники, не останавливая танец, обменивались партнёрами по одной или другой заранее оговорённой схеме.

_____Случилось так, что один наш знакомый, некто Ривин, был членом этого кооператива. Он изобрел метод «сочетательный диалог» – экономный и универсальный метод изучения наук. Способ этот заключался в том, что чуть грамотного человека заставляли зазубрить бином Ньютона и рассказать товарищу. А тот рассказывал в ответ квадратные уравнения. Так в своеобразной «кадрили» пары кружились до тех пор, пока не проходили всей программы. Потом бегло все приводилось в порядок, и курс был закончен. Таким же способом Ривин поступал и с литературой, и с историей, и с физикой. Никаких преподавателей не было, были только карточки, заполненные Ривиным собственной рукой.
_____В газетах того времени часто встречались объявления Ривина: «Высшее образование – за год! Каждый сам себе университет».
_____Летом 1926 года я готовился в университет, бросил работу и в занятиях Ривина видел способ все хорошо повторить. Но там дело шло вовсе не в повторении, и, видя, что я знаком со школьной программой, Ривин во мне разочаровался, но мы сохранили хорошие отношения…
_____… Ривин, член партии, вёл свой «сочетательный диалог» в кружках при ЦК партии. …Чудак он был большой, низкорослый, лобастый, с большой лысиной, черноволосый, в вельветовой потёртой куртке, с блестящими чёрными глазами.

Варлам Шаламов     

 

Примерный список основных свершений 

Что же было предпринято самим Александром Григорьевичем при использовании этого метода? Попробуем перечислить хронологически.

  1. Организация быстрой подготовки студентов к сдаче экзаменов в канун Первой Мировой Войны. Город Киев.
  2. Организация работы сельской школы в с. Коврино.
  3. Массовая ликвидация безграмотности в частях Советской армии, совместно с Талем.
  4. Кружок при правительстве СССР в Кремле в начале 20-х годов.
  5. Организация по всей Москве и частично в других городах кружков Талгенизма.
  6. Создание института без преподавателей или ОГВТО — Объединение Групп Высшего Технического Образования (1928-1931). Было охвачено в течение 3-х лет несколько тысяч молодых людей. По разным сведениям от 2500 до 15 0000 человек.
  7. Решение задачи ликвидации безграмотности на территории всего СССР. Охвачено было более 20 000 000 человек. В последствии Партия и Правительство себе вменило это в заслугу. Впрочем, без поддержки Надежды Константиновны Крупской это вряд ли бы смогло быть реализовано.
  8. Постоянные выступления в самых различных аудиториях с лекциями и диспутами, вплоть до 1940 года.
  9. Постоянная работа с детьми и молодежью в собственных малых учебных коллективах.

Наверное, были и ещё дела, но, по моим данным, это основные.

Даже краткое описание каждого из этих процессов потребовало бы не одной журнальной статьи, а может и книги. Но мы остановимся только на главных фрагментах.

Зигзаги в биографии подполковника Брейтермана

…Вторая мировая война подходила к концу. В соответствии с приказом командования организовать в городке Коврин школу артиллеристов-лейтенантов, подполковник М.Д. Брейтерман прибыл в город и начал подыскивать помещение для функционирования школы. Старики подвели его к хорошо сохранившемуся зданию. Оно вполне отвечало требованиям. Здание как бы притягивало подполковника. Он, разумеется, спросил старожилов: «А что тут было раньше?». Но ответ он уже знал.

– Да здесь до 20-х один маг и волшебник всех детишек села обучал, сами к нему бегали, не оторвать было детей даже для сбора урожаев…

Так ученик Ривина М.Д. Брейтерман прикоснулся к следам ранней деятельности своего любимого учителя, услышав рассказы о тех, кто был среди первых учеников этого легендарного педагога.

Вот и получилось, что в то самое здание, где впервые достаточно массово был применён метод Ривина, снова въехал… сам метод! Ибо Михаил Давидович сократил (с сохранением и усилением качества) с помощью «метода Ривина» срок обучения лейтенантов-артиллиристов  в несколько раз! И сделал это не в одной школе, а в нескольких! А ведь артиллерия – Бог войны! Так кто ж её выиграл? Не метод ли Ривина? Но об этом  чуть позже…

Как рассказывали старики, в школе занятия проходили без всякого расписания. Работали по карточкам. Все карточки – книг почти не было, писал сам Александр Григорьевич. Ученик брал карточку и рассказывал её своему партнёру. Одному, другому и так далее, пока кто-то из партнёров не говорил ученику, что достаточно. Учёт прохождения карточек велся по личным учётным листам, где партнер расписывался в том, что ему эту карточку рассказали…

Разумеется, такая методика была только первой ласточкой и сегодня выглядит примитивно, но для тех времён, судя по воспоминаниям, которые хранили старики более 25 лет, была действительно развивающей.

И тогда при подходе Белой армии к городку – тогда ещё селу Коврино – в 1919 году Александр Григорьевич, взяв с собой шестерых учеников, уезжает в Москву, где начинает уже вместе с учениками распространять сам метод, получивший название «Талгенизм».

Доклад Бухарина «О работе среди молодёжи»

Поскольку, в отличие от других методов, по этому методу учиться легко и приятно (смотри выше высказывание самого Ривина, а это действительно так!) молодежь Москвы быстро подхватила такой способ, который начал распространяться сам по себе. Причина очень проста. При таком способе обучения человек, его интеллект, и как мы уже сегодня понимаем, душа, начинают быстро и в гармонии развиваться. А это и есть, по сути, главная мотивация любого обучения.

И эта мотивация заложена в сам механизм метода, а не задается установками необходимости получения бумажки или определения себя в некотором будущем. На этом фоне бесконечные современные, и не очень, суждения и приемы мотивации в педагогике выглядят просто смешно, особенно теоретические выкладки на эту тему. Хотя и практические манипуляции с детским и юношеским сознанием тоже без юмора и горечи плохо воспринимаются.

Такая бурная деятельность, с учётом того, что метод как бы работал ещё и в кружке при правительстве, не могла не остаться незамеченной идеологами коммунизма. Поскольку в то время, да и не только в то, как показывает история, шибко много развитых людей с самостоятельным мышлением правящей элите было не нужно, то ответом на это самоорганизующееся движение был доклад Бухарина на партийном съезде.

Этот доклад был посвящен работе с молодежью и содержал прямые выпады против самого метода. Читать тупые – иначе не скажешь, доводы докладчика против метода без омерзения просто не возможно. Любой желающий может познакомиться с этим докладом, ибо материалы съездов нашей доблестной коммунистической партии, насколько мне известно, из библиотек еще не исчезли и не перешли в секретные архивы.

Из выступления Н.Бухарина в 1924 на ХIII съезде РКП(б) году:

_____Когда я говорю о школе вообще и о наших партийных школах, то вы думаете, что за этим мы по всем направлениям можем уследить и уследим? Вы жестоко будете разочарованы. Иногда на этой почве получаются удивительные курьезы.
_____Я один из них оглашу. В моих руках материалы по пропаганде Московского комитета партии (МК РКП). Там есть статья о новом педагогическом методе, который называется «талгенизмом».
_____Этот метод состоит из особого способа обработки публики. В чем он состоит? Авторша говорит следующее:
_____«Мы намерены в настоящей статье охарактеризовать новый педагогический метод (автором которого является А.Г.Ривин), основанный на всемерном использовании общения как фактора образовательного процесса и осуществляемый путем личного в форме парных сочетаний общения».
_____Вот этот «личный в форме парных сочетаний метод общения» заключается в следующем: товарищи, которые вступают к нам по ленинскому набору, получили бы такую педагогическую обработку, которая согласно методу талгенизма, то есть подбора талантов и гениев, состоит в том, что одну пару заставляют, например, заняться геометрией, а другую – изучать производство вареной колбасы, а потом производят перекрещивание: колбасник при общении переходит в геометра, а геометр – в колбасника, и при этом переходе – от геометрии к колбасе и обратно – обнаруживает изобретательность. Представьте себе: придут бородатые рабочие, которые хотят узнать от коммунистов то, что им нужно узнать, а их заставят в этих «парных сочетаниях по методу личного общения» вертеть кадриль или плясать менуэт. Что может выйти из этого? А это – официально изданный материал.
_____Я приведу ряд еще других примеров. У нас сейчас стоит вопрос о художественной литературе, на которой воспитывается наша молодежь. Разве наши центральные учреждения в состоянии за этим следить? Нет. Партийные учреждения тоже не в состоянии. Партийная линия у нас не намечена.
Таким образом, касаясь совершенно разных вопросов, мы получаем такое положение вещей, которое может стать угрожающим, ввиду того, что партия может потерять руль, что мимо партии может пройти целый ряд образований и течений, за которыми партия не может уследить и которые будут идти под партийным флагом вместе с этим пресловутым «талгенизмом».
 

Николай Бухарин      

 

 Единственный в мире ВУЗ без преподавателей

Но метод жил. В газетах того времени часто можно было встретить объявление, примерно следующего содержания: «Любое образование – Самостоятельно. Каждый сам себе Университет!» (см. у Шаламова). Дело в том, что в те года с высшим образованием, точнее с допуском к высшему образованию, имела место следующая картина. В вуз принимались только те, чья анкета устраивала чиновников от красных вождей, а все остальные автоматически оказывались за бортом. Да и многие, желающие получить образование, чьи анкеты и подходили бы, вынуждены были работать, ибо времена были не легкие.

У Александра Григорьевича к тому времени было уже достаточно много продвинутых учеников, чтобы взяться за масштабную задачу высшего образования. И в 1928 году его ученики организуют, насколько мне известно, единственный в мире вуз без преподавателей. Программы взяли в функционирующих вузах.

Структура управления была следующая. Во главе вуза (затем это преобразовалось в достаточное массовое движение ОГВТО) стоял методический совет. В него входило 16 человек. Задача этого совета – подготовка учебного материала и организация самого процесса обучения.

Занимались в начале на нескольких площадках. Основная была в Политехническом музее. Затем география сильно распространилась. Сам Ривин не входил в совет. Был как бы наблюдателем и консультантом. Дело начинало жить без автора! А как знает любой изобретатель и ученый, дело начинает жить, когда авторское участие уже вторично! И вообще, любое дело живет, когда некоторая активная и умная часть молодого поколения с охотой и без нажима, вне установочных обещаний начинает принимать в деле активное участие. Сам Александр Григорьевич в это время готовил всесоюзный проект ликвидации безграмотности с использованием своего метода.

О применении последнего в проекции на задачу ликбеза – научить читать и писать, осталась статья в журнале «Революция и Культура, 1930 год». Статья так и называется: « Со-диалог как орудие ликбеза». Чем закончилась история по ликвидации всеобщей безграмотности хорошо известно: пара десятков миллионов научились считать и читать, а некоторые, даже писать. Но вернемся к дикому вузу, как его называли современники.

Вышинский против Ривина 

Количество студентов «дикого вуза» все время увеличивалось. Параллельно, опять-таки на базе метода, возникали около Политехнического музея различные технические кружки для детишек помладше. Именно в это время возникли массовые молодежные движения, связанные с изучением и конструированием техники, в основном, техники связи и  авиационной. Эти кружки в скором будущем дадут массы толковых инженеров, а до второй мировой всего оставалось 12 лет!

(Вот и опять вопрос: «Не метод ли Ривина выиграл войну?»).  Но опять-таки в Москве появилась некая система вне госрегулирования. Властям сие, – как нож в горло. Последовал донос. Методический совет был арестован. Не арестовали только М.Д. Брейтермана, самого А.Г. Ривина и автора очень серьезных педагогических статей по методикам, как организации учебного процесса, так и подготовки учебного материала, З.Вихмана.

В дикий вуз приехала авторитетная комиссия во главе с самим А.Я.Вышинским, более известным как красный прокурор, а не ректор МГУ, коим он в то время работал. Надо сказать, что кто-то в данном случае проявил государственную мудрость, заявив, что мы имеем более 2 000 готовых грамотных студентов! А по сему, было очень быстро принято решение на базе именно этих студентов, создать новое высшее учебное заведение. Оно тогда носило название «Государственная школа инженеров им. А.С. Бубнова». Организовать – организовали, но метод выкинули. На свалку отправилось несколько грузовиков подготовленного учебного материала, а методический совет – на Соловки или рядом.

Александр Григорьевич после этого сильно сдал. По словам учеников, он, начиная с 1931 года, уже практически не брался за масштабные дела, изредка выступая по воскресеньям с лекциями для старшеклассников в Московском Государственном Университете. Там в 1940 году с ним и познакомился Виталий Кузьмич Дьяченко, который  в последствии на аппарате, близком к историческому материализму, создал теорию Коллективного Способа Обучения.

Рукописи не горят, но их используют на самокрутки

В период с 1931 года по 1941 Александр Григорьевич занимался, в основном, репетиторством по своему методу. В эти годы, опять-таки, по словам его учеников, он много писал и рукописи относил Надежде Константиновне Крупской. Никому эти рукописи он не показывал.

Наши попытки отыскать его записи в рукописном отделе библиотеки им. Ленина успеха не имели. Ни за какие деньги, даже в постперестроечный период, когда можно было купить практически все, залезть в архив Крупской на предмет поиска рукописей Ривина не представлялось возможным.

Известно только, что, уезжая в начале войны из Москвы, он отдал две рукописные тетради провожавшим его ученикам: Дьяченко и Колесникову. Судьба последнего вообще неизвестна, а Виталий Кузьмич ничего об этих тетрадках не говорил…

Михаил Давидович Брейтерман, вернувшись с войны, собрал несколько учеников и последователей Александра Григорьевича. Они организовали его поиски. Бесконечные запросы, опрашивание свидетелей привели, в конце концов, в Рязань. В дом престарелых.

Опрос в этом доме показал, что Ривин там прожил свои последние дни вплоть до 1944 года. До конца своих дней он писал книгу. Бумаги не было. Был только Курс Истории ВКП(б), под редакцией товарища Сталина. И свою книгу Александр Григорьевич писал между строчек этой официальной истории, как собственно и проходила его жизнь.…  Как потом шепнули Михаилу Давидовичу в коридоре: «Мы энту книгу скурили – испорчена ведь была, не посадят…».

Брейтерман нашел место захоронения, привел его в порядок, и за две годовые зарплаты выкупил паспорт Ривина, нарушив строжайшие в то время законы.

Я задал вопрос Михаилу Давидовичу: « А зачем Вы это сделали?». Он странно посмотрел на меня своим глубоким взглядом, немного помолчал, и как-то чуть отвернувшись, ответил: «Я должен был оставить свидетельство, что этот человек не легенда, что он действительно жил».

… Это мое единственное собственное историческое исследование навело на следующее раздумье. Да, кто-то пишет историю. Но оказывается очень много непрописанных имен, которые между строчками официальной истории сотворяли массу  громадных узловых дел. И поговорка: «Новое – это хорошо забытое старое» в этом ракурсе принимает несколько иной оттенок: «Новое – это часто недописанное старое».

Ответа, разумеется, не последовало

Но метод продолжал жить и живет до сих пор. Из значительных массовых применений этого метода не могу не упомянуть следующее. По окончании войны, когда количество беспризорных детей в Москве достигло катастрофической цифры, на базе нескольких библиотек московских заводов были организованы группы по чтению для детей с улицы, естественно, на базе метода Ривина. Это позволило в очень короткий срок решить эту послевоенную социальную проблему. Работу эту на себя взял в то время семинар по наследию Ривина при Академии Педагогических Наук, созданный его учениками и последователями.

Если следовать древней мудрости: «Не тот мастер хорош, у которого много учеников, а тот мастер хорош, у которого все ученики становятся мастерами», то, вне всякого сомнения, Александр Григорьевич Мастер с Большой буквы. Для меня, как человека, очень подробно коснувшегося его жизни и метода, это так, но и предают ведь только свои…

… Телевидение закончило почти пятичасовую съёмку нашей беседы с Михаилом Давидовичем в его московской маленькой квартире. Я попросил разрешения ещё немного остаться – до поезда оставалось около 2-х часов. Рита – дочка хозяина, быстро соорудила нам обед, мы поели и прошли в комнату, где на столе ещё лежали мои записи.
– Михаил Давидович, а можно ещё вопрос?
– Давай, уж что тут…
– Скажите, пожалуйста, а из методического совета дикого вуза не арестовали только вас двоих?
– Да, меня и Вихмана.
– А Вы знаете, Вихман ведь жив, живет в Симферополе, мои студенты его отыскали…
– А ты, знаешь, Саша, он ведь тогда у меня книгу Гегеля взял и до сих пор не отдал…
Я всё понял, но не удержался:
– Так это был его донос?
Ответа, разумеется, не последовало…

Это была моя последняя встреча с Михаилом Давидовичем, который хотел, но не успел ещё очень, очень многое рассказать…

Соколов Александр Сергеевич, СПб, март 2007 года.

 

 

оставить отзыв, вопрос или комментарий

  

  

  


*

Яндекс.Метрика