меню

 
ГЛАВНАЯ
 
 
ДО и ПОСЛЕ открытого урока
 
 
СБОРНИК игровых приемов обучения
 
 
Теория РЕЖИССУРЫ УРОКА
 
 
Для воспитателей ДЕТСКОГО САДА
 
 
Разбор ПОЛЁТОВ
 
 
Сам себе РЕЖИССЁР
 
 
Парк КУЛЬТУРЫ и отдыха
 
 
КАРТА сайта
 
 
Узел СВЯЗИ
 

Часть 3 На сцену выходили стайками

«Парк» культуры и отдыхаЛетняя ЭСТРАДА «Театр миниатюр»О подготовке и проведении конкурса инсценированной БАСНИ

____________________________________________________

Нет худа без добра // О подготовке и проведении «конкурса инсценированной басни» (сначала внутришкольном, а затем и окружном) // ЧАСТЬ 3

Обстоятельный рассказ А.П.Ершовой,
за четыре «присеста» записанный
В.М.Букатовым на диктофон

Во время проведения внутришкольного конкурса зал был почти полон. Зрителями были и сами исполнители, и болельщики (в основном семиклассники).

Конкурс разделили на два отделения. В первом были 4-й и 3-й классы, а во втором — только 2-е классы (это было связано с расписанием).

По жеребьевке выяснилось, кто, какой класс за каким, и начались показы.

На сцену выходили стайками

Как оказалось, театральная культура у всех классов явно пошла на развитие. Не просто примитивное обозначение: два ученика вышли на сцену и что-то такое «с выражением на лице» проговорили, поклонились и ушли — вот тебе и весь театр. Вовсе нет. Уж если кто и выходил на сцену, то не просто ученик или ученики, а какой-нибудь зверь, стайка или целая стая. И все разодеты: какие-то штаны, кофты, маски, шарфы. Звери были разными не только по одежде, но и по поведению.

Все они как-то по особому рассаживались, переговаривались, а потом внимательно начинали слушать рассказ, какого-нибудь прилетевшего в маминой пончо рассказчика-ворона. Который  очень пристойно начинал им рассказывать историю, например, про зайца хвастунишку.

Сам же виновник истории тут же сидел в компании зверей и слушал как-то так виновато, что, в общем-то, было понятно, что это про него рассказывают.

Все классы пошли по пути загадки: канонический текст, как правило, исполнялся одним рассказчиком, а вот где?, кому?, зачем? и почему? — можно было догадаться, глядя на ту сценку, которую дети перед зрителями разыгрывали.

Фантазии, выдумки были просто замечательными. Одним словом,  это были живые дети. И поэтому за всем этим интересно было смотреть.

Конечно, инсценировкам до совершенства было далеко. Но что можно хотеть 23 сентября. Начало учебного года, а тут такое на голову?

Опасная позиция

В этой школе вообще-то среди учителей очень доброжелательная атмосфера. И учителя средней школы и учителя начальной, все друг друга знают, все друг с другом общаются. Но с жюри вышла заминка. Решено было, что классные руководители участников в состав жюри входить не будут.

А главный в школе театрал  — заместитель директора по внеклассной работе, — которая весь этот конкурс организовывала, взяла самоотвод. Так как она и в средней школе и в начальных классах уроки театра ведет, а потому ко всем вариантам свою руку приложила.

Вот и получилось, что в жюри вошли только учитель литературы, библиотекарь школы и я.

Литератор (она в старших классах преподавала) на мой взгляд отнеслась к судейству весьма примитивно. И с места в карьер: вот эти — хорошо, а вот это мне не нравится: скучно, непонятно, невыразительно…

Среди взрослых к сожалению распространена подобная потребительская позиция, очень опасная для художественного развития юных дарований.

Соблазн дурновкусия

Позиция эта связана с тем, что раз мы — взрослые — в зал уселись и на сцену уставились, то уж будьте добры нас потешить как следует. И не важно, что на сцене дети, а не профессионалы какие-нибудь. Ведь даже среди профессионалов, которые казалось бы в актерском мастерстве «собаку съели», многие, как на сцену выходят, так сразу и кривляться начинают — смотреть противно. О таких говорят, что это плохие артисты, и что у них дурной, испорченный вкус.

Известно, что «театральный вкус» портит желание актера потешить, повеселить публику. То есть желание ей понравится. И вот в эту творческую ловушку некоторые учителя сразу и запихивают своих маленьких учеников, когда выводят их на сцену. Поэтому я всегда горой стою за собственное — пусть невзрачное, но посильное возрасту — детское театральное творчество.

По мне молчаливый эпизод, ставший прологом к «Вороне и Лисице», когда девочки-елочки на поляночке стоят и между собой ветвями ссорятся: на кого солнечный лучик упадет, — гораздо ценнее чем эстрадные пляски под фонограмму, весь эффект которых в механическом (и обязательно на публике) повторении детьми весьма откровенных движений, подхваченных недальновидными учителями из вечерних телевизионных шоу.

Согласимся, что вечерние шоу направлены на пассивное развлечение закомплексованных взрослых. И если удачные развлекательные находки оттуда взять да в выступление школьников вставить, то развлекательный эффект явно будет на лицо, а стало быть и успех выступления обеспечен. Только вот художественно-творческому развитию детей такой развлекательный кульбит ничего хорошего не приносит. Сплошные соблазны дурновкусия…

Подчеркну, что при подведении итогов, жюри, в конце концов (не без моего давления), решило всех участников наградить. Отмечая, во-первых, массовость участия. А во-вторых, следование (пусть в намеке!) знаменитым психологическим традициям «русского реалистического театра» (конечно, с учетом возрастных возможностей выступавших).

Не игнорировало жюри конечно же и мнения зрителей, которые после всех инсценировок показывали свои «фотографии-впечатления»

Мнения зрителей и жюри не совпадали

Напомню, что в зрительном зале кроме участников сидели еще и семиклассники. У них по расписанию в это время был урок театра, поэтому им и было дано такое задание: во время конкурса в своих тетрадках делать пометки, кому, что понравилось. А потом по своим мнениям объединиться по группкам. И каждая группка зрителей покажет по 2-3 «фотографии» (то есть «немой, застывшей сценке») басенных инсценировок.

Замечу, что на уроках мы «рабочие группы» организуем частенько, но обычно до просмотра показов. Тут же мы сделали иначе. Если зрителей сразу разбить на группы, то, скорее всего, во время показов они бы стали обсуждать свои впечатления, и возник бы шум.

К тому же, наверняка, кто-то инициативу все время на себя бы брал, забивая своим лидерством мнения других. А тут каждый тихонько сам по себе сидит и в свою тетрадочку что-то записывает (или зарисовывает — кому как удобнее). А потом, собравшись по своим записям в группку, они, когда мнениями друг с другом делиться начнут, никому уже мешать не будут.

Всего было показано семь инсценировок. Надо сказать, что зрительские фотографии с мнением жюри не совпали.

Больше всего запомнилось

По фотографиям больше всего зрителям запомнилась басня «Кот и повар». Это когда на сцену вышел класс в поварских колпаках. Вынесли разделочные доски, кухонные тесаки и давай настоящие яблоки шинковать. На самом деле.

На зрителей подобный авангардный реализм произвел сильное впечатление. Фотографии с этой инсценировкой почти все зрительские группки показывали.

Но надо сказать, что, на мой взгляд, инсценировка была слабенькой. Повара, как только стали яблоки резать, сразу о своих актерских задумках позабывали: они уже и слушать не могли, и смеяться когда нужно не могли — ничего не могли. Повар, который пришел рассказывать про другого повара, справлявшего в кабаке поминки по куму, говорил (не знаю уж почему) без всякого энтузиазма. Он неинтересно рассказывал, они неинтересно слушали.

У них там еще было задумано, что перед столом кот лежал. Который тоже слушал. И тоже никак. Ну никакой психологии у них не случилось. Но резали натурально. И юным зрителям это запомнилось больше всего.

Но у этого же класса удача была во втором выходе (они две басни инсценировали, вторая — «Хвастун»). И мы как жюри этот класс именно за вторую инсценировку и похвалили.

Потом было несколько фотографий басни Михалкова «Крыса и мышь». Зрители весьма похоже изображали крысу, которая сидела, гордо развалясь. Действительно, девочка неплохо работала. Это была классическая иллюстрация на троих исполнителей. Один произносил текст от автора, а две девочки озвучивали диалог.

Следует отметить, что девочка, которая играла крысу, действительно была эффектна, но благодаря всем дежурным штампам взрослых актеров. С позиций психологического театра это, на мой взгляд, и басни разрушение, и  неправильная эксплуатация актерских способностей. Но вот, значит, зрителям эти штампы понравились, раз они эту фотографию показывали.

Скандала не получилось

Многие зрители показывали «Листы и корни». Литераторше эта работа особо понравилась. Хотя на мой взгляд она была решена ну не совсем что ли соответственно.

Вышли мальчики, легли на пол. Как ковбои в американских фильмах — шляпа на лицо, ноги скрестили и легли. А потом вышли девочки в разных бальных платьях, плясали, танцевали, и немного поговорили по ролям. Это должно было обозначать, что они хвалятся. А корни им сказали: «Чегой-то вы тут хвалитесь? Мы тут главные».

Но было так непонятно, почему же это они главные — те, которые лежат, а те, которые пляшут, — не главные. Но для учителей, привыкших к условным обозначениям, такой ход казался верхом режиссерского искусства. Опять же на сцене очень много народу было, так что у жюри был повод похвалить и эту инсценировку.

Ну так вот, выяснилось, что самая, на мой взгляд, лучшая работа по басне «Квартет» в фотографии зрителей вообще не попала. Хотя помнится, что оркестр зрителей впечатлил. Но почему-то семиклассники решили его не фотографировать.

Инсценировка началась с того, что сначала на сцену вышло полкласса. Все были с какими-то инструментами. Сделанными из бумаги виолончелями, скрипками. А  у кого вообще «на память физических действий» — пустое место, то есть инструмент воображаемый. Это был оркестр.

Потом вышел в парике дирижер и замахал руками. Естественно зазвучала музыка — был включен магнитофон; по-моему, Моцарт. Увертюра длилась довольно долго. Но надо сказать, что вид живых детей, которые будто бы (без всяких особых претензий) играли в оркестре, вызывал у зала неподдельный интерес. Зал послушно смотрел.

Когда музыка закончилась они раскланялись и ушли за кулисы. Им почему-то похлопали (за фонограмму Моцарта видимо). И тут на сцену выскочили звери, которые пищали, мычали, издавали звуки. Возник какой-то междусобойчик, и тут включился рассказчик, который стал пояснять, что «проказница мартышка, осел, козел и косолапый мишка задумали сыграть квартет».

Он не по микрофону читал. Но довольно громко. Перекрывать их хрюканье у него вполне получалось. Да и они старались кричать потише. Поэтому они между собой даже спорили меньше чем надо,  скандала у них особого не получилось.

Тут появился дирижер и сказал: «А вы как ни садитесь…» И тут опять вышел оркестр и опять зазвучала хорошая музыка. А те ушли, побитые, несчастные. Вот такая у них была инсценировка.

Ну а на окружной конкурс было решено выставить (после доработок) «Квартет», «Листы и Корни» и «Кот и Повар».

Диктофонная запись
и литературная обработка
Вячеслава Букатова

.

«Парк» культуры и отдыхаЛетняя ЭСТРАДА «Театр миниатюр»О подготовке и проведении конкурса инсценированной БАСНИ

оставить отзыв, вопрос или комментарий

  

  

  

*

Яндекс.Метрика