меню

 
ГЛАВНАЯ
 
 
ДО и ПОСЛЕ открытого урока
 
 
СБОРНИК игровых приемов обучения
 
 
Теория РЕЖИССУРЫ УРОКА
 
 
Для воспитателей ДЕТСКОГО САДА
 
 
Разбор ПОЛЁТОВ
 
 
Сам себе РЕЖИССЁР
 
 
Парк КУЛЬТУРЫ и отдыха
 
 
КАРТА сайта
 
 
Узел СВЯЗИ
 

Досочини стихотворение (8 кл.)

Сам себе РЕЖИССЁРМХК и уроки РИСОВАНИЯ

Из рабочего архива доктора педагогических наук В.М.Букатова.// По материалам раздела «Режиссура урока» (В.Букатов,М.Ганькина) в газете «Первое сентября» №79/2002

Алена НОВГОРОДОВА,
преподаватель уроков театра в школе,
г. Вологда

Досочини стихотворение

или
Как убедить учеников, что настоящее искусство
строится на неожиданностях и парадоксах

.

В восьмых классах (а их у нас четыре) я веду уроки театра. И вот на одном из уроков начали мы сочинять стихотворные строчки на рифмы известных детских стихов. То есть я брала, например, «Кто на лавочке сидел…», выписывала рифмы и предлагала восьмиклассникам к этим рифмам сочинить свои собственные строчки.

Сочиняли. Сравнивали варианты. А потом я побывала в Москве [на курсах В.М.Букатова], где услышала о другой форме работы — реконструкции детьми разрезанных стихотворений, ранее им не известных. Её-то я и решила попробовать с восьмиклассниками на ближайшем уроке.

.

Ничего подобного!

Но сначала я эту самую работу провела дома с собственной дочкой. Взяла не известное мне стихотворение Михалкова. Отксерила страничку, разрезала ее вдоль так, чтобы столбик стихотворного текста — как объяснял Букатов — оказался поделенным по вертикали на две половинки.

Мне досталась та половинка, где были только начала строчек, дочери — половинка с концовками. И начали мы с ней сочинять, то есть восстанавливать стихи на свой страх и риск.

Оказалось очень интересно. (Правда, я все время боялась, что начну сочинять не то, что у автора по замыслу.) И вот стали наши варианты между собой сравнивать: у кого из нас вариант более связный, а у кого более интересный получился?

Надо сказать, что интересными получились оба варианта. Но у дочки — гораздо понятнее. В моем варианте героя стихотворения — лягушонка — в конце концов родители отшлепали, а в ее — совершенно по-другому: приняли в объятия, хотя он без спроса погулять ушел и его чуть машина не задавила.

Кинулись к источнику. И оказалось, что у Михалкова родители никак (!) не отреагировали. Лягушонок пришел с прогулки и ожидал, что его будут ругать или хвалить, а ничего подобного не произошло. Лягушонка это страшно поразило.

Надо сказать, что авторский вариант произвел на меня сильное впечатление. Вот уж действительно, искусство строится на неожиданностях и парадоксах! Ожидала одно, а нашла совсем другое. Я, как и многие учителя, считала, что у Михалкова и басни, и детские стихи — это прежде всего прямолинейное назидание. А тут вдруг увидела, что ничего подобного.

А ещё я поняла, почему Букатов настаивал, чтобы учителя для подобной работы с классом брали не «высокую классику», а самые что ни на есть с виду простенькие стишки (я ведь первоначально планировала после работы с рифмами из детских стихов перейти к отрывкам из Софокла). На своём собственном опыте я убедилась, что кажущаяся простота  неожиданно оборачивается глубиной, но не бездонной, а «соразмерной» ученику, в которой он утонуть не сможет. Зато покупаться и понырять сможет в своё удовольствие сколько угодно…

.

Получилось складно

И вот для урока с восьмиклассниками я выбрала несколько стихотворений на одну страничку и без названия. Отксерила отдельно правые и левые половинки стихотворных столбиков (закрывая чистым листом то одну, то другую половинку странички). Заготовок у меня получилось много.

Урок начался с деления на группы. Обычно у меня с этим проблема, поэтому я придумала нечто в роде дворовых заплаток (из детства вспомнила: «Матки, матки, чьи заплатки?»). Пять маток вышли к доске, и отвернулись от класса. Я пошла по рядам: подмигну кому-нибудь и громко спрошу маток: этого кому? Кто первый из них успеет крикнуть: «Мне!» — к тому этот человек и уходит.

Поделились как по маслу. У тех, кто обычно бузил, по-моему, от неожиданности был просто шок. Никто не сопротивлялся. Все видели, что матки не знают, кому я там подмигнула. И все были рады, что всех так быстро разобрали. (Единственное, в чем я схитрила, так это в том, что в матки я вызвала ребят все-таки более активных, более интеллектуальных, потому что класс совершенно обычный, и на каждом ряду один-два ученика — ни в зуб ногой.) Когда в группке набиралось человек 5-6, я говорила: садитесь, устраивайтесь.

Потом посыльные вытянули варианты, и работа закипела. Один сидит пишет, другие в бок толкают и советы дают, какое слово зачеркнуть и что вместо него поставить. А то и вовсе ручку начинают отнимать: самим почеркать захотелось.

Шум, конечно, был, но — рабочий. Некоторые ученики пытались иногда в другую группу сбегать посмотреть, что там у них получается. Но одинаковых версий не было. В каких-то группах, конечно, со стихосложением возникли проблемы. Приходилось, например, подсказывать, какие могут быть в том или ином месте рифмы. И буквально через нескольких секунд стихи получались! И достаточно складные.

Но уже со второго кона многие посыльные старались вытянуть вариант с правой половинкой текста, где к окончаниям строчек нужно было присочинить начала. Сочинять концовки к левым половинкам оказалось для моих восьмиклассников гораздо сложнее.

Но так или иначе, а за сорокаминутный урок у нас возникала масса вариантов. И все такие интересные!

.

Кот в мешке

Скажем, знаменитое «тра-та-та, тра-та-та, мы везем с собой кота…» в начальных классах дети спокойно дописывают (для них я и заготовила это стихотворение). А вот в восьмом эту «Песенку друзей» почему-то никто не знал. «Что ж, — говорю, — дописывайте, как считаете нужным». И вот у восьмиклассников появляется такой вариант:

Красота, красота!
Сеня взял кота в мешке,
Васенька — собаку,
Коля — забияку,
А Максимка — попугая.
Вот компания какая!

Смысл их варианта оказывается сводился к тому, что если животное рядом, то его выгуливать (!) не надо.

А вариант другой команды заключал мораль о том, что жить надо лучше, не ссориться:  «Страну нужно защитить / И деревню посетить»…

Был и такой вариант:

Закричали дембеля дружно:
Нужно лучше быть.
Предавать страну не нужно,
Нужно всех любить.
Всю свою дорогу
Не предавай друзей,
Тогда они помогут.
И станет веселей!
.

Папа к зеркалу садится

Даже стихотворение про парикмахерскую (из цикла «Моя улица») оказалось для восьмиклассников весьма коварным. Напомню:

Папа к зеркалу садится:
— Мне подстричься и побриться!
Старый мастер все умеет:
Сорок лет стрижет и бреет.
Он из маленького шкапа
Быстро ножницы достал,
Простыней укутал папу,
Гребень взял, за кресло встал.
Щелкнул ножницами звонко,
Раз-другой взмахнул гребенкой…

Те, у кого были начала стихотворных строчек не могли сообразить, откуда же парикмахер может достать свои ножницы: „Он из маленькой бутылки / Быстро ножницы берет“. Никто из восьмиклассников не смог догадаться, что в авторской версии появляется шкап.

Трудности возникли и с гребенкой: „Щелкнул ножницами ловко, / Раз-другой взмахнул расческой“. Конечно, не очень складно, но все-таки расческой! А у соседей почти складно, но зато появляются электробытовые чудеса цивилизации: „Щелкнул ножницами смело, / Раз-другой взмахнул он феном“.

В той же команде появился и весьма забавный вариант предыдущих строчек: „Старый мастер, дед Фаддей, сорок лет стрижет людей“.

А вот вариант, который возник при дописывании начал строчек:

Клиент на стул садится,
Причесаться и побриться.
Парикмахер все умеет:
Ловко он стрижет и бреет.
Из коричневого шкафа
Он ножницы достал, (привыкайте к ритмическим синкопам! — Прим.ред.)
Прилизал умело папу,
Высоко за кресло встал.
Щелкнул ножницами звонко,
Рот ему заткнул гребенкой…
.

Мы сегодня — как слоны

С детским стихотворением про аптеку справлялись все. Но и тут получились забавные варианты.

Авторская концовка у этого стихотворения такая:

«Мы сегодня не больны, / Нам лекарства не нужны».

А вот варианты восьмиклассников:

Мы сегодня — как слоны: / Нам лекарства не нужны“.

Если люди не больны, / Им лекарства не нужны“.

Мы сегодня нездоровы, / Нам лекарства все готовы“.

„Мы сегодня заболели, / Нам лекарства не нужны, /
Потому что мы лентяи, / Не хотим лечиться мы.

Мы сегодня все больны, / Нам лекарства так нужны“.

Неожиданные варианты возникали при восстановлении и таких строчек: «За стеклом стоят в порядке/ Склянки, банки и горшки./ В них таблетки и облатки, / Капли, мази, порошки». И вот версии «реставраторов» концовок:

За стеклом стоит лекарство:
Склянки, банки, лейкопластырь.
В них таблетки и салфетки,
Капли, мази и пипетки.

За стеклом у нас, друзья,
Склянки, банки — вот фигня!
В них таблетки золотые,
Капли, мази грязевые.

А вот версия «реставраторов» начал:

На полке стоят в порядке
банки, щетки и горшки.
В них шампуни, и облатки,
И зубные порошки.
Эти люди не больны,
Им лекарства не нужны.

.

Что же дальше?

Сорок минут для учеников промчались в мгновенье ока. Прозвенел звонок, а им так хотелось и почитать классу свои варианты, и вместе посмеяться, но я ничего этого просто не успела. Зато они весь оставшийся день что-то без устали обсуждали, приставали к учителям с вопросами по стихосложению. В школьной библиотеке на издания Михалкова возник, в прямом смысле слова, «аншлаг».

И вот я думаю: что же дальше? Восьмиклассникам восстанавливать стихи было интересно. Но погружение в практику стихосложения программой не предусмотрено.

Меня пугает и удручает, что детям нравятся физкультура и труд и не нравится литература. Что с этим делать, если, действительно, их учат скучно. У них ведь 5 уроков литературы в неделю. Пять раз в неделю — тоска смертная! Просто ужас…

Конечно, стихосложением надо заниматься не в восьмом классе, а как можно раньше. Но с этими-то что делать, если их до сих пор никто не погрузил в поэзию? Как же им потом жить без поэзии?

Может быть, дело не в том, что современные дети не любят стихи, а в том, что учителя литературы не любят сочинять интересные уроки? Поставили галочку — и баста. Некрасова прошли, Пушкина прошли. В неделю за пять уроков литературы — пять галочек. Тоска смертная!

Так, может быть, хотя бы на Михалкове все-таки взять и попробовать окунуться в искусство. Ведь с подачи В.М.Букатова, как я теперь считаю —  когда материал «легенький» (стишки же детские!), то у подростков впечатление, что они мигом со всем этим справятся. С текстами Пушкина или Некрасова они так азартно возиться не будут. Классикой они уже травмированы. Чтобы реанимировать их интерес к высокому искусству, надо что-то простенькое. И Михалков как нельзя лучше для этого подходит. Стишки простые, а глубина порядочная — не у каждого современного «взрослого» поэта такую сыщешь. Недаром его детские стихи стали классикой.

.

Нравится — это уже немало

Возвращаясь мысленно к уроку, я все думаю: ну ладно, детям понравилось. Но вот спросит у меня какой-нибудь учитель математики или все той же литературы: «Ну и чему же вы их за этот урок научили? Биографию Михалкова не прочли, смысла ни одного стихотворения не разбирали…» А мне и ответить-то нечего.

А потом решила, что, во-первых, никто не спросит. Во-вторых, раз ученикам нравится, то это уже немало. И в-третьих, если до 8 класса ученик, посещая уроки литературы, так и не узнал, что такое рифма, то пусть он с ней в конце концов познакомится хотя бы на моих уроках театра. Ведь этот класс никогда поздравлений в стихах не писал. А теперь, я думаю, скоро начнут. Жду каких-нибудь праздников: дней рождения, Нового года. Вдруг захотят поздравить стихами?..

.

Реплика-комментарий «Режиссуры урока»

Молодец! Просто здорово.

Советуем продолжить работу и дальше. Рекомендуем заняться всякими «шифровками». Например, устроить «поэтическую викторину»: каждая команда из трех человек по одинаковым сборничкам стихов (либо по разным — зависит от школьной библиотеки) выберает какое-нибудь четверостишие и все слова в нём заменяет синонимами (получится что-то невразумительное, но для реконструкции весьма интересное). Остальные тройки отгадывают исходный вариант. Кто быстрее? Быстрее найдёт это четверостишье в сборничке или самостоятельно восстановит его?

А еще можно попробовать коллективно сочинять буриме (например, поздравительные). Одна команда предлагает одну парную рифму, другая — другую. Все команды обмениваются своими парными рифмами. Новую рифму соединяют со своей (по схеме: А-Б-А-Б или А-А-Б-Б) и сочиняют четверостишие. Которое потом сравнивается с тем, что получилось у команды, работавшей с теми же рифмами.

А тему для коллективных буриме можно объявить единую (например, поздравление с праздником или днём рожденья). Если собрать все варианты — получится занятная рукописная книжица. У каждого класса своя. Интересная не только ученикам…
И как справедливо заметили восьмиклассники, всем нам станет веселей.

.

.

10.06.2009

Отзывы

досочини стихотворение
Автор: Милюсина Ирина Семеновна ·  09.10.2009 11:31:29
Уважаемая Алена! Вы просто молодец!
У нас нет в школе уроков театра, но во внеклассной работе мы очень часто используем «буриме» в разных конкурсах. Например, ребята очень любят в юмористической форме дописывать фразы. Написав несколько строк, ученик закрывает свой «шедевр», оставив только последнюю строку и передает дальше. И так далее.
По окончании работы мы все вместе читаем, что получилось. Смех — или, наконец, улыбку — гарантируем.

Сам себе РЕЖИССЁРМХК и уроки РИСОВАНИЯ

оставить отзыв, вопрос или комментарий

  

  

  

*

Яндекс.Метрика