меню

 
ГЛАВНАЯ
 
 
ДО и ПОСЛЕ открытого урока
 
 
СБОРНИК игровых приемов обучения
 
 
Теория РЕЖИССУРЫ УРОКА
 
 
Для воспитателей ДЕТСКОГО САДА
 
 
Разбор ПОЛЁТОВ
 
 
Сам себе РЕЖИССЁР
 
 
Парк КУЛЬТУРЫ и отдыха
 
 
КАРТА сайта
 
 
Узел СВЯЗИ
 

Заход второй: СТРАТЕГИЧЕСКИЙ

Теория РЕЖИССУРЫ УРОКАВВЕДЕНИЕ в социо-игровую стилистику «режиссуры урока» Культурологические ОБОСНОВАНИЯ социо-игровой дидактикиПроблемы этнической самоидентификации и повседневность образовательного пространства

_________________________________________________________

В.М.Букатов

Проблемы этнической самоидентификации и повседневность образовательного пространства: Три личностно-ориентированных захода по уяснению возможной стратегии и тактики в профессиональной деятельности современного учителя

.

Заход второй: СТРАТЕГИЧЕСКИЙ

или _ Гарантий дать не может никто

.

Вектор исторического развития

___Присмотримся к тому любопытству, которое поначалу невольно возникает у местного населения при встрече с представителями иных национальностей. Дело в том, что любопытство это в современных все и вся нивелирующих урбанистических условиях оказывается весьма недолговечным (особенно у молодежи, о чем мы поговорим отдельно). И оно, как правило, достаточно быстро начинает сменяться некой завистью. А зависть — это уже негатив, с которым попробуем разобраться поподробнее.

___Не секрет, что этническая самоидентификация у среднестатистического горожанина весьма поверхностна, абстрактна и даже аморфна. Известно, что большинство городских жителей ощущают себя не столько полноправной и составной единичкой своего народа, сколько представителями какого-то абстрактного человечества (точнее, представителями потребительского общества американо-европейского пошиба). Дескать, народ — это где-то там, далеко. А тут — кругом одни жители. И я один из них.

___Вот и получается, что до человечества — рукой подать, а до народа (хотя, все мы себя русскими или россиянами считаем) идти (точнее, ехать!) надо. (Даже в XIX веке для просвещенных соотечественников он был столь далеко, что они то и дело «идти в народ» собирались.)

___Науке давно известен подобный вектор общественного развития — отрыв от народных корней и вырождение народных традиций. Каждая нация в определенные этапы своего развития движется в подобном направлении. Русские — не исключение. Но, к сожалению, приход к власти большевиков придал этому движению ускорение прямо-таки космическое.

___Ради воспитания пролетарских борцов за мировую революцию в исконно патриархальной матушке-России крушилось все и вся. Старые устои разрушались «до основанья». Была устроена  грандиозная ревизия всех ценностей — и материальных, и социальных, и семейных. В результате сознательно и планомерно разрушался процесс преемственности поколений, в ходе которого естественным образом и возникает та глубинная этническая самоидентификация личности, которая и позволяет человеку постоянно и всеми «фибрами души» ощущать родство со своим народом. То есть реально и постоянно быть этнически самодостаточным.

Комплекс этнической неполноценности

___Результат глобальной целенаправленной политики по разрушению естественных процессов преемственности поколений, начатой в России с первой четверти ХХ века и продолжавшейся практически до начала следующего тысячелетия, долго будет выходить нам боком. Отразился этот результат и на появлении в современной молодежной среде пресловутого движения скинхедов.

___У этого молодежного движения, конечно же, есть свои экономические и социальные причины возникновения, которых я сейчас касаться не собираюсь. Моя задача — показать, что благодатной почвой для подобных движений является та ущербность в этнической самоидентификации, о которую современная молодежь то и дело, к сожалению, спотыкается.

___Комплекс неполноценности, как «больная мозоль», — штука неприятная, доставляющая индивиду массу хлопот, болезненных переживаний и дискомфортности.

___Чувство, что ты никто, хотя и производит впечатление чего-то пустякового (а потому и редко осознаваемого; то ли дело самооценка! — и все ее изъяны, и все ее достоинства обнаруживаются гораздо проще), но и по теории пассионарности Л.Н.Гумилева, и по потребностно-информационной концепции личности П.В.Симонова и П.М.Ершова последствия этого весьма смутного чувства весьма и весьма печальные.

___Хотя опять же последствия эти на первый взгляд не очень-то и заметны. Ведь они размазаны во времени, создавая едва уловимый общий негативно-эмоциональный фон дискомфортности, который просачивается и в мировосприятие человека, и во все его ситуативные эмоции и помыслы, то есть пропитывает всю его деятельность.

___И тогда любая встреча такого человека с проявлением некой гармоничной самодостаточности обостряет и без того кровоточащее чувство собственной этнической неполноценности. И современную молодежь (не только у нас в России, но и за рубежом) то и дело захлестывают подобные обострения. И как за один из вариантов спасения от собственной этнической потерянности молодежь начинает хвататься (как утопающий за соломинку!) за причастность к какой-то группировке, организации, секте — словом, за  какой-то новодел.

___А дальше начинается агрессивное утверждение юнцами и правильности своего выбора, и неподдельной подлинности этой своей вновь обретенной причастности. И «на всех парах» пускаются они в утверждение своей иллюзорной самодостаточности, на всех углах весьма агрессивно демонстрируя свою самость.

Вплотную заняться, чтобы галочку поставить

___В СМИ время от времени раздаются риторические вопли: «Откуда у нашей молодежи национальная ущербность? Раньше (видимо при комсомоле и пионерии?! — В.Б.) такого не было. Куда смотрят школьные учителя?! Пора бы им вплотную заняться патриотическим воспитанием своих учеников!»

___Где гнездятся причины тех проблем, что вызывают столь патетическую риторику вообще-то, давно известно: в серьезном нарушении преемственности поколений. И никакие тут тематические классные часы и школьные утренники не помогут (хотя их-то как раз провести легче всего; беда в том, что галочка в отчете о проведенном мероприятии не будет равна подлинному решению существующей проблемы; эпитет «вплотную» к проблемам воспитания вообще малоприменим, а тем более в вопросах этнического самосознания личности).

___И раньше (при комсомоле и пионерской организации) проблем воспитания было навалом (достаточно вспомнить первую ласточку перестройки — потрясающий своей правдивостью фильм «Легко ли быть молодым?»).

___Мало того, ведь современные управленцы, многие из которых по этническому воспитанию только и могут, что лекцию прочитать да галочку в отчете поставить, и в комсомоле, и в пионерской организации воспитывались, так что в свое время нахлебались той самой пропагандистской баланды, имя которой — дружба народов. Да толку-то что в том, если как только «погода чуть испортилась и на небе тучки появились», так они сразу все и «в кусты»?  Потому как, что делать, абсолютно не представляют.

Запрет на запрете

___Итак, развитие любой культуры последовательно движется к своему завершению, к упадку и распаду (это объективный закон синергетики — не путать со злосчастной сайентологией Хаббарда!). Но бывают моменты, когда этот процесс происходит не плавно, а лавинообразными скачками. Л.Н. Гумилев эти моменты в истории народа называл «точками перекипания». И в русской истории точки эти не унимались почти весь ХХ век.

___Сразу после революции большинство социальных, экономических и даже духовных рычагов общественного развития были повернуты на целенаправленное разрушение существовавших среди населения устоев и традиций. В первую очередь — народных, патриархальных, архитипических.

___Тут тебе, например, запрет носить понёвы и лобазни*. Причем это не только мода запрещала молодежи тех лет рядиться и щеголять по городским улицам в русских традиционных костюмах (как то мы видим на дореволюционных фотооткрытках). Известно, что были даже административные распоряжения, запрещающие, например, в том или ином поселке выходить на улицу (даже к водопроводной колонке за водой!) в понёве, кичке или в налобнике «под платок». А если на покос, в народе традиционно считающимся большим праздничным мероприятием, кто из женщин являлся в расшитой рубахе или праздничном переднике ( «завеске»), то трудодни (!) тем колхозницам не ставились.

* Понёва — домотканая деталь женского костюма, выполняющая функцию юбки. Является одним из архаических элементов крестьянской одежды. В разных регионах России поневы сильно отличались и по цвету, и по фасону, и по отделке.
Лобазня — полный комплект женского головного убора, куда отдельными составляющими входили и кичка, и позатылень, и налобник. В Центрольной России до распространения цветастых головных платков, фабричного изготовления, лобазня была обязательным элементом парадной одежды замужней крестьянки.

___Тут тебе и запрет на песенный фольклор.  Если до революции каждая деревня гордилась своим собственным песенным репертуаром, большую часть которого составляли песни обрядовые (как правило, весьма архаичные и не совпадающие с обрядовыми песнями соседних сел), то уже перед Великой Отечественной «народ» по деревням в основном распевал репертуар то Шаляпина, то Руслановой (или чуть позже — Мордасовой). То есть то, что в качестве подлинно народно-пролетарского навязывалось советским радиовещанием. А своего ни-ни ( «от греха подальше», а то еще посадят «ни за что ни про что»).

___А петь-то хочется. Вот народ и приучался копировать то Зыкиной репертуар, то Воронец, то… Магомаева, то… Пугачевой.

___Стоило двум поколениям ту или иную местную обрядовую песню (которую и так-то предписывалось исполнять достаточно редко — строго «по календарю», то есть чуть ли не раз в год!) не затягивать, как память о ней, ветшая, быстро умирала. И третье поколение уже и слыхом не слыхивало, что пелась, дескать, у них в селе такая старинная песня. Да оно уже даже и представить себе не может, какие такие обрядовые песни раньше народом певались (да еще не где-нибудь, а оказывается в их же деревне!). Для третьего поколения всё разнообразие народного репертуара исчерпывается  обывательскими римейками типа «Во поле берёзка стояла»,  «Калинка-малинка» и «Степь да степь кругом».

___А как по-другому, если, например, в Краснодарском крае до перестройки включительно (!) административно запрещалось петь казачьи песни на улицах. «Вихри враждебные» — пожалуйста, а протяжную «Ой да как под грушею, да под зеленою» — ни-ни (разве что у себя во дворе и то по-тихому, а то в милицию на полном серьезе могли забрать!). А уж если собралось застолье и после чарочки хотелось заголосить, то лояльно-конформистски затягивали «Выпьем за Родину, выпьем за Сталина», а в качестве деликатеса-поощрения по два-три куплета «Когда б имел златые горы» или про удалого Хаз-Булата.

___Так что спасибо Д.В. Дикому, подсказавшему Бабочкину затянуть «Черного ворона» в «Чапаеве». Благодаря им репертуар допущенных негласной цензурой народных песен пусть ненамного, но все же расширился*. Или например, спасибо В.Шукшину, вернувшему народу его же собственную незамысловатую, но уж больно задушевную песню «Миленький ты мой».

* А еще с легкой руки Дикого официальная хореография с 1949 года пополнилась танцем «Яблочко». Когда режиссера пригласили в Большой театр для постановки очередной версии советского балета «Красный мак», то Дикий первым делом  вывел на сцену весьма популярный в дореволюционное время матросский танец «Яблочко» (с соответствующим музыкальным сопровождением), который после балетной премьеры лет двадцать во всех клубах нашей необъятной страны воспроизводился коллективами художественной самодеятельности на праздничных концертах после партийных торжественных заседаний.

Бациллы монархического сознания

___Уж если говорить о ломке преемственности, то как не вспомнить, например, Н.К. Крупскую. Ведь она одна из первых, явно злоупотребляя своим семейным положением (как-никак жена самого Ленина!), то и дело выступала в роли рупора всей прогрессивной педагогики, направо и налево давая свои бесценные указания и разъяснения на предмет «что такое хорошо и что такое плохо». Взять хотя бы такие два совета из ее настоятельных рекомендаций.

___Во-первых, запретить доступ детей к волшебным сказкам. Что авторским — всяких там буржуазных Шарлей Перро и братьев Гримм. Что народным — кишащим «бациллами монархического сознания». Так что голопузой мелюзге только и оставалось, что по слогам пережевывать одни бытовые сказочки типа беззубого (хоть и абсурдистского!) «Колобка». Тогда как всё взрослое население: и отцы, и матери, и деды с бабками — потенциальные рассказчики народных сказок, поверий и легенд, услышанных в своем детстве, было занято или на стройках очередных пятилеток, или на принудительных работах в колхозах, или разогнано по многочисленным островкам коммунистического архипелага ГУЛАГа.

___Если среди русских народных сказок львиную долю занимали сказки волшебные, то что же взамен прежнему богатству предлагалось Крупской? Пролетарские сказки! Такие как, например, у Маршака. Стишки «Как рубанок сделал рубанок»  оказались одним из замечательных образцов новой пролетарской сказки для детей! Ну и плюс еще «Рассказы о животных» Бианки: раз животные говорят, то вот тебе и сказочка — вполне современная, без монархических инсинуаций и с весьма высоким познавательным потенциалом!

___Во-вторых, не позволять детям исполнять традиционный  песенный фольклор. Его следовало повсеместно (и немедленно!) заменять на репертуар актуально-пролетарский. Был даже брошен кличь создавать песни специально для их тиражирования среди детей.

___В 20-х годах Крупская, например, через педагогическую прессу то и дело поучала, что, дескать да, наши деревенские дети поют, но послушайте что? — Частушки!!! А вот настоящих детских пионерских песен они всё еще не знают — позор, да и только!

___Если подобные ценные указания десятилетиями транслировались в нашей отечественной педагогике, то стоит ли удивляться, что в детстве даже мое поколение 50-60-х годов ни частушек, ни пионерских песен не пело и не знало. Ну разве что только припев, да пол первых куплета в «Здравствуй, милая картошка…». А следующие поколения —  по два куплета из песен двух-трех самых популярных мультфильмов (в основном на музыку Шаинского).

___И если «Эй моряк, ты слишком долго плавал» из «Человека-амфибии» всеми детьми пелась полностью, то вот весьма популярную «Тили-тили, трали-вали, это мы не проходили, это нам не задавали» пропеть до конца могли уже не все (в мультфильме концовка уж слишком правильной была, так что зрителям больше всего в память именно лихой припев врезался).

___Шаинский, конечно, молодец, как композитор он очень тонко чувствует и детскую песенную стилистику, и народную мелодику. Но только вот когда ребенок слышит песни не из уст своих родственников, а исключительно из динамиков, и не народные, а исключительно авторские (например, все того же замечательного Шаинского), то ни на какую реанимацию преемственности поколений или воспитание личностной уверенности в своей этнической самоидентификации рассчитывать не приходится.

Прозорливость народной педагогики

___Вспоминается такой курьезный эпизод, случившийся лет двадцать назад. Вел я в детском саду семинар. И вот во время перерыва сижу я в кабинете у детсадовского методиста. Забегает воспитательница, которая в это время работала «на группе», и к методистке:

___— Напомни мне, пожалуйста, слова «Мишка косолапый…», а то я забыла.

___Я крайне удивился и невольно спросил, как это можно слова «Мишки косолапого» забыть? Методистка же, сунув воспитательнице листочек, после ее ухода объяснила мне (бестолочи!), что в традиционном варианте (то есть в том самом, который мы все с детства никак забыть не можем) и «шишка отскочила», и «прямо мишке в лоб», а это все очень плохо.

___Поэтому они — мудрые воспитатели — деток в своем заведении стараются от таких вредных слов ограждать, чтобы от дурного примера уберечь. А поэтому педагогический коллектив на своем очередном методическом совещании сообща придумал «педагогически правильный» вариант. Но только вот беда — запомнить этот вариант воспитатели никак не могут. Вот им и приходится время от времени к методисту за шпаргалкой бегать.

___Как ни вспомнить тут весьма ценную мысль Джанни Родари о том, что детям полезно, когда они иногда слышат из уст окружающих взрослых различные литературно-нелитературные слова, сочетания и выражения — про сопли, какашки, задницы и передницы. И в народной педагогике это подмечено давно. Поэтому-то в детских фольклорных приговорках, считалках, закличках нет-нет да и мелькнет какое-нибудь из окололитературных словечек или словосочетаний. И оказывается, что про сопли, про какашки всякие — то есть эти псевдозапрещенные слова (отсюда и литературно-нелитературные) — маленькие дети слышать должны. По справедливой мысли Родари, именно эти слова становятся прививкой маленькому ребенку от асоциального поведения (в первую очередь матерщины, но не только).

___Замечательный итальянский писатель Джанни Родари, конечно же, очень большой авторитет в плане знания детской жизни. И в своей книге «Грамматика фантазии» он неслучайно и весьма настойчиво эту свою мысль то и дело подчеркивал. Ведь современные скинхеды, поди, ни «Мишки косолапого», ни «Вышел месяц из тумана…», ни «Обезьяны Чи-чи-чи…» (фи! — какая пошлость) в детстве не знали.

Функции Бабы-Яги под запись

___Упомянутые примеры — всего лишь крохи от утерянного. И дело, конечно, не в этих крохах. Дескать, мол, если ребенок «Мишку косолапого» в нормальном, традиционном варианте знать будет или «Обезьяну Чи-чи-чи», то вот вам и гарантия, что скинхеда из него не вырастет. Нет, мы не про гарантии. Наш подход к затеянной теме разговора не столь примитивен.

___В деле воспитания никто никаких гарантий дать по сути дела не может. Иначе педагогика была бы не животворным искусством, а технократической манипуляцией (по типу массового выращивания каких-нибудь бройлеров). Но раз наша профессия связана  с самостановлением юной личности, то не может быть в нашем деле ни пиаровских гарантий, ни рекламаций заказчика, ни послегарантийного ремонта.

___Итак, мы все толкуем о тех разрушениях в эстафете поколений, где львиную долю занимала семейная педагогика. Казалось бы, ну чего стоит родителям теми самыми фольклорными крохами, которые в их детских головках бродили и с их детских язычков слетали, со своими детьми, внуками и правнуками поделиться. Практически ничего не стоит. А почему-то не делятся, почему-то не передают.

___Современные родители и слыхом не слыхивали о том, что Крупская не рекомендовала засорять отжившим фольклором головы новых поколений, которым, дескать, в коммунизме предстоит жить, — а все как по её указке действуют. Не передают — хоть ты тресни. И всё потому, что эстафета поколений почти столетие и по-всякому корежилась, и так и сяк уничтожалась. Поэтому когда после перестройки, казалось бы, пожалуйста, передавай чего хочешь, а ничего не передается — ни «Лапта», ни «Казаки-разбойники». И с каждым годом та пропасть, которую сейчас уже никто специально не инициирует, становится в семейно-родительской эстафете все шире и шире.

___Ну а что наше отечественное образование? Оно, казалось бы, изо всех сил стремится положение как-то поправить. Лет десять тому назад, например, завелась в школах мода вводить новый предмет — народоведение. И помнится, что один из авторов одной из программ по этому предмету М.Ю.Новицкая рассказывала, как она однажды пришла в школу проверить, как идут уроки по ее экспериментальной программе. Подходит к двери 2-го класса и из-за двери слышит, как учительница зычным голосом диктует второклассникам под запись: «Функции Бабы-Яги: А) Баба-Яга — губительница; Б) Баба-Яга — дарительница». Автор — в ужасе.

___А собственно, на что она рассчитывала? Ведь этот текст учительница диктовала своим второклассникам по ее же экспериментальному учебнику. Автор стучала себя в грудь и говорила, что она же этот текст для взрослых, для учителей писала, а не для того, чтобы детям под запись диктовать.

___Но раз учебная программа и экспериментальный учебник министерством одобрены, значит, учителю, что остается делать? — открыть нужную страницу и, размеренно расхаживая по классу, зачитать детишкам про родной народ рекомендованные истины для записи или запоминания наизусть.*

* В красочном учебнике для 3-го класса четырехлетней начальной школы «Введение в народоведение: Родная земля» М.Ю. Новицкой (М., Дрофа, 2001) на стр. 37, например, читаем: «Вдобавок охлупень еще крепился штырями — стáмиками, бабáйками (выделено автором учебника — В.Б.) — к верхней, князевой слеге. Снизу, под кровлей, в штырях делали отверстие и в него забивали клинышки. Словно пуговицами пристегивали. Ну, тут уж никакой ветер не мог сорвать крышу, свисти ни свисти! Прочно!»

___Получается так, что как только мы вводим учебный предмет — народоведение или фольклор — и вкладываем в ученические ручонки по этому предмету учебники, то мы тем самым жирно-прежирно подчеркиваем, что ученики-то, оказывается, своему народу не принадлежат, раз они из того, что там в учебниках написано, ничего и знать не знают. И не только сами ученики, но и их родители, для которых многие страницы подобных учебников — большая новость. Ни загадок, ни пословиц, ни поговорок из тех, что авторы в свой учебник отобрали, они и слыхом не слыхивали, и знать не знают. Какие ж они после этого русские? Так, самозванцы какие-то, «страшно далекие» и от фольклора народного, и от народной мудрости.

___Вот и получается, что Черномырдин был прав, заявив, что  хотели, как лучше, а получилось, как всегда. Так что все загадки и пословицы, в учебниках напечатанные, вместо того чтобы укреплять в ребенке уверенность в принадлежности к своему собственному народу, подчеркивают отсутствие оного. Дескать, вот если на пятерку весь учебник от корки до корки выучить, то вот тогда себя на самом деле русским и можно считать.

___Но кто ж и когда учебник от корки до корки учит? Вот и получается, что школа со своими попытками заняться воспитанием национального самосознания что называется вплотную  — на деле эту заразу этнической ущербности и чувство от корней оторванности только и делает, что среди юнцов распространяет.

Стратегические перспективы

___Из всего сказанного, какую же стратегию можно вывести учителям для руководства в своей повседневной деятельности?

___1. Не столько грузить учеников всякими сведениями про народ, его культуру и нашу принадлежность к корням и истокам (то есть информацией «из вне»), сколько помогать ученикам обнаруживать и в самих себе, и в своих родных семьях наличие некой «этнической памяти». И такую стратегию следует применять к ученикам любой национальности, кем бы кто из них ни был: русским или армянином, узбеком или татарином. Учителю необходимо с учениками работать так, чтобы каждый из них в себе свою этническую связь не только нет-нет да обнаруживал, но и по мере возможности ее ежедневно как-то то укреплял, то развивал, то совершенствовал.

___2. Всеми средствами воспитывать в учениках интерес друг к другу, к своим сверстникам. Ведь в наших школах как часто получается? На протяжении одиннадцати лет ученики день за днем сидят в затылок друг другу. А сидючи в такой мизансцене, что они кроме учителя видят? Одни затылки. И так все одиннадцать лет. Поэтому когда им на перемену выходить приходится и перед их глазами лица сверстников начинают мелькать, то для них это не лица вовсе, а морды какие-то. Поэтому чуть что — сразу в морду.

___Совсем недавно в Институте усовершенствования пришлось мне семинар для учителей МХК. И разговорились мы о том, что воспитатели в детских садах любят бездумно перенимать образ школьного обучения. Сейчас, например, во всех детсадовских группах висят большущие ученические доски, чтоб как в школе (хотя меловая пыль вредна для слабеньких легких дошкольников).

___И если раньше в комнате, где велись занятия, столики стояли как в кафе и дети за ними с четырех сторон сидели, то сейчас эти же столики стоят как парты в классе, и дети за ними сидят уже все лицом не друг другу, а к доске. А что в том плохого? А то, что кормят этих детей всё за этими же столами. Но если в школах ученики хоть на уроках и сидят в затылок друг другу, зато на переменах спускаются в свою столовую и там по-людски едят, сидя лицом друг к другу. Тогда как дошкольникам в детских садиках приходится за столами-псевдопартами пищу принимать в той же мизансцене, что и на учебных занятиях, то есть в затылки друг другу. Какое же поколение после этого из них вырастет? Ведь им же еще одиннадцать лет эти затылки друг друга видеть придется.

___Итак, интерес, доброе любопытство детей к своим сверстникам оказываются просто таки необходимы для реанимации преемственности поколений. Только при этом условии новое поколение будет расти сплоченным, а не одиночками-отшельниками. Ведь если поколение будет дружным, с полуслова друг друга понимающим, крепким и единым, то тогда и народ в нашем государстве будет процветать.

___А то ведь как получается? Абстрактно все говорят о народе, а если взять отдельное звено — то или иное поколение, то обнаруживается, что это звено оказывается слабым…

.

.

открыть текст ТРЕТЬЕГО захода

.

Теория РЕЖИССУРЫ УРОКАВВЕДЕНИЕ в социо-игровую стилистику «режиссуры урока» Культурологические ОБОСНОВАНИЯ социо-игровой дидактикиПроблемы этнической самоидентификации и повседневность образовательного пространства

.

.

оставить отзыв, вопрос или комментарий

  

  

  

*

Яндекс.Метрика